Библиотека

Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры. Приметы и суеверия. стр. 13

Размер шрифта
-
+
Тема

просить пособия. Она попала ко мне в минуту неудобную. Я с грубостью отослал ее за ее неприличную стукотню. Но через несколько минут я пожалел об этом; мне следовало дать ей что-нибудь. Я счел явление этой черной женщины дурным предзнаменованием, и действительно родившийся ребенок после десятинедельного существования умер.

* * *

Я родился 28 июня 1863 года в Ясной Поляне, на кожаном диване…

Отец хотел назвать меня Николаем, в память своего отца и любимого брата Николая, но мать этому воспротивилась, говоря, что в семье Толстых Николай несчастное имя. В самом деле: дед Николай Ильич умер сорока лет скоропостижно, а дядя Николай Николаевич умер также не старым от чахотки. Замечу, что позднее один из моих братьев, родившийся в 1874 году, все-таки был назван Николаем. Он умер десяти месяцев от менингита, а племянник моего отца — Николай Валерьянович Толстой — умер в молодости, спустя восемь месяцев после своей женитьбы. Так что поверье, что в семье Толстых Николай — несчастное имя — как будто подтвердилось.

* * *

Новорожденный был, однако, причиной первой размолвки между супругом и супругою. Супруга непременно хотела, чтоб его нарекли Аркадием, в честь отца ее матери; она уверяла притом, что все носившие в их роде имя Аркадия были необыкновенно счастливы. Супруг, напротив, хотел дать ему имя Александра, на том основании, что в его роде не переводилось имя Александра. После долгих споров, криков и слез, супруга однако поставила на своем. Младенец назван был Аркадием.

* * *

В первый год его женитьбы у него родился сын. Мальчика назвали Сергеем, и он скоро умер. Жена Льва Васильевича, у которой был свой взгляд на вещи, говорила, оплакивая ребенка, что она сама виновата в своем несчастии, потому что у них в роду никогда не оставались в живых дети, названные этим именем. «Уж должно быть это не угодно великому угоднику Сергию», — заключала она.

— В самом деле? — возразил мой дядя.

— Так увидим же, кто кого переспорит, твой великий угодник меня, или я его. Дай только родиться у меня второму сыну!

Когда родился второй сын, Лев Васильевич, невзирая на слезы жены, или скорее, чтоб идти наперекор ее слезам и просьбам, назвал опять ребенка Сергеем, и ребенок умер через год. Впоследствии, в продолжение каждой своей беременности, тетка моя очень боялась рождения сына, а Лев Васильевич был в отчаянии, что у него все родились дочери.

— Если б было двенадцать сыновей, — говорил он, — я бы всех двенадцать окрестил одним и тем же именем.

* * *

Однако несмотря на желание иметь дочь, Пелагея Петровна разрешается сыном. Она не в духе, она принимала бы и поздравления равнодушно, если бы барыни, поздравляющие ее, не клали бы к ней под подушку червонец, завернутый из деликатности в бумажку, на зубок новорожденному.

* * *

Так получить, в самый день рождения дитяти или на другой день, какой-нибудь подарок — значило, что новорожденный будет любим всеми, его знающими.

Рождение ребенка, совпадавшее с появлением северного сияния, также служило добрым предзнаменованием.

* * *

…я в момент своего появления на свет был очень слаб, что заставило окрестить меня на другой день, 16 марта, несмотря на приходившийся понедельник (день тяжелый).

* * *

Я

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.