Пожираюший стр. 29
но тут Белая первая подаёт голос:
– Хорошо тут, да?
– Да. Тут хорошо.
Пауза.
– Ты вроде сдружилась с этим дедушкой Робертом?
– Он такой добрый. И так интересно рассказывает. Мой папа ведь искусствовед.
– Ну и семейка у вас.
– Это да. – Я слышу, что она улыбается. – Они с мамой на благотворительном концерте познакомились. Так что я тоже люблю картины. И музыку тоже люблю.
– Понятно.
– А твой папа?
– Что – мой папа?
– Он…
– Я не знаю.
– А.
– Они с мамой не общаются. Он приезжал один раз, когда мне было лет семь, и всё. Я его толком и не помню.
– Прости.
– За что?
Снова пауза.
– Мне кажется, ты нравишься Рэю, – говорит Белая.
– Бред.
– Он на тебя так смотрит.
– Ты-то прям эксперт.
– Ну, у меня есть парень.
– У тебя?
Я даже приподнимаюсь на кровати.
– Его зовут Иво. Мы встречались недолго в лагере. Зимой. И летом договорились поехать. Ну, тогда. Когда ещё не началось.
Я пытаюсь представить Белую с парнем. И тут вспоминаю, как она распустила волосы сегодня, подвязала футболку. И как на неё посмотрел Рэй.
– Ясно, – говорю я. – Ладно, давай спать.
– Нола, – зовёт Белая.
– Ммм?
– Мы ведь всё равно дойдём до моря? Найдём других?
– Не знаю.
– Надо дойти.
– Посмотрим.
– Я говорила с дедушкой Робертом. Он сказал подождать хотя бы до конца лета, пока созреет урожай. У них сейчас мало еды, им нечего дать нам с собой.
– Нам ещё недели две идти. Нужна еда.
– Да, – отвечает Белая. – Нола?
– Ммм?
– А если по реке?
– Так будет быстрее. Но у нас нет лодки.
– А если…
– У них одна. Рэй говорил.
– Понятно. Ну ладно. Доброй ночи.
– Доброй ночи, – отвечаю я после паузы.
Дойдём ли мы до моря? Или безопаснее остаться здесь? Я мечтаю знать – как правильно поступить? Но я не знаю.
Глава 8
На этот раз водоворот так близко, что его зловоние проедает изнутри мои лёгкие. Небо затянули тучи чёрного паучьего цвета.– А-айда-а, – шипят чудовища.– Нет! – кричу я.Я вцепляюсь руками в густую траву. Не иди, не смотри, не слушай!– А-айда-а…И я начинаю петь. Я не знаю, что значат эти слова, они приходят ко мне сами из глубины памяти. И рядом возникает прабабушка – маленькая, сморщенная и высохшая, как курага, с молодыми голубыми глазами. Прабабушка укачивала меня когда-то перед сном, и сейчас её голос снова звучит рядом:Энда мааа,Эи мааа,Дарийя…– О чём поётся в этой песне? – спрашиваю я без слов.Прабабушка улыбается глазами – «ты помнишь» – и смотрит куда-то за горизонт, куда-то сквозь тучи. Она последняя у нас в семье понимала древний язык.Мы поём вместе, и звуки оседают на траве и на земле, как оседают хлопья первого снега, и воздух становится чистым и звенящим, и внутри наступает покой.Я открываю глаза от внезапного хруста, и всё внутри у меня леденеет. У водоворота – волчица с раненой лапой, она опускается, чтобы глотнуть чёрной воды.– Стой! – кричу я, но слишком поздно.Короткий испуганный взвизг, чёрный плен. Голова на поверхности, лапы, голова. Шипят чудовища.– Нет!Чёрная вода-нефть, больше ничего. Сон раскалывается от моего крика. Я выпадаю в прохладное утро.* * *Два дня после нашего приезда на остров. В моей жизни очень много рыбы. Я помогаю Рэю ставить сети и потом доставать рыбу, чистить её, просаливать, подвешивать на улице под специальным навесом.
– Рыба полезна для мозга, – ухмыляется Рэй.
– Незаметно, – отвечаю я.
Он ведёт себя вроде как и в первый день, но что-то изменилось после нашего «купания» в реке. И я не могу понять что. По ощущениям – это как разговаривать на расстоянии нескольких метров.
Но по-настоящему меня удивляет поведение Белой. Она целыми днями пропадает на огороде или ходит по пятам за дедушкой Робертом, и мне начинает казаться, что она меня избегает. Я ставлю эксперимент – подкарауливаю её на кухне, пока дедушка Роберт выходит за мелиссой для чая.
– О, привет, – говорю я. – Не поможешь мне с рыбой?
– Я? Нет, – отвечает она, пряча глаза. – Я обещала помочь дедушке Роберту.
Белая выскальзывает в коридор, а через минуту в дверь из сада заходит дедушка Роберт с пучком мелиссы.
– А куда Айда делась? Мы же собирались чай пить.
А сегодня утром она вдруг протягивает мне свой браслет из розовых каменных бусин.
– Это тебе. За то, что вылечила меня тогда в убежище. Папин подарок.
– Ты на солнце перегрелась? Не нужен