Праймзона стр. 87
был способен. – Мы идем распрекрасной короткой дорогой! Она о-очень удобная! И чуди здесь нет! Но, оказывается, “сухой лед” может, видите ли, закипеть!
– Но это случается редко, – уточнил Иманд. – И само закипание “сухого льда” происходит постепенно. В случае чего у нас будет время, чтобы вскарабкаться на ближайшие лианы.
– Ладно, хватит болтовни... – резюмировал Рутгер. – Давайте просто пройдем эти Разломы! И постараемся при этом думать о хорошем. О крабовом соусе... Или о лепешках с сыром... Или о... добром квасе хотя бы!
Один лишь Людвиг помалкивал. Ему тоже очень не понравилось лазить по лианам, но он был так подавлен развоплощением Зубана, что был не в силах вымолвить слово.
Вдруг Шелти встал, как вкопанный, и из-под руки поглядел куда-то на восток. В ту сторону, куда тянулись жирные змеи оврагов и где все они терялись в дымке.
– А что это там? Какое-то сооружение?
– Где? – спросил Иманд.
– Да вон. Арки какие-то...
Рутгер поглядел туда, куда указывал изобретатель.
Действительно, сквозь густую сизую дымку проступали очертания некой основательной каменной конструкции. Целиком она видна не была – только верхние половины арочных сводов, на которых что-то черное покоилось. Нижняя часть сооружения терялась в дымке полностью, так что казалось, что тысячи пудов тесаного камня парят в воздухе.
Иманд ответил изобретателю с явной неохотой:
– А, это... Это виадук.
– Виадук?
– Мост. Старый имперский мост. Тут, на месте этих оврагов, до Катаклизма текла полноводная река с широкой заболоченной поймой. Поперек всей долины был переброшен мост.
Всё это Иманд проговорил с таким видом, будто у него болели все зубы сразу.
Но в умных, глубоких глазах Шелти уже разгорелись огоньки любознательности.
– Насколько можно видеть, виадук неплохо сохранился! – с воодушевлением воскликнул изобретатель. – Скажите, добрейший Иманд, а его южный конец лежит уже за Разломами?
– Обычно да.
– Что значит “обычно”?
– А вам не все равно? – довольно грубо ответил Иманд. – Мы приняли решение идти через овраги и давайте уже идти!
– Лично я такого решения не принимал! – с нажимом сказал Шелти, который умел и любил настоять на своем.
– И я тоже, – Фрида капризно оттопырила губу.
Все герои вдруг остановились и выжидательно поглядели на своего лорда.
Если бы Рутгер состоял на государственной службе – например, в имперских гвардейцах – и у него были выработаны настоящие гвардейские привычки, то он, конечно, прикрикнул бы на героев. Дескать, что за разговорчики?! Есть приказ: идти вперед через овраги. И приказ
этот надо выполнять!
Но Рутгер был лордом, всего лишь лордом. Вдобавок, не чуждым легкомыслия.
Привычка распоряжаться и командовать у него имелась, но то была привычка счастливого аристократа, а не ревностного служаки. Который ради поддержания своего авторитета готов любыми средствами заглушать пресловутый “голос разума” и изо всех сил добиваться исполнения своих приказов.
Поэтому воля лорда Данзаса то и дело давала слабину. Вот и тогда, в Разломах, он подумал “Эх, до чего же лень снова лезть по лианам! Мы же не обезьяны, в конце концов!” и внезапно встал на сторону рассудительного Шелти.
– Послушайте, Иманд, а может и впрямь нам лучше вскарабкаться на