Практикант 6 (СИ) стр. 97
не полез в бессмысленную драку, и мне не пришлось дополнительно калечить тебя. Оно, конечно, оставшись без кольца, в одиночестве, на этом богом забытом болотном острове, ты один фиг обречен. Но убивать тебя Хозяин мне строго-настрого запретил, из-за вашего соглашения. А уродовать сверх необходимого не хочу сама. Все ж таки неплохой ты парень, практикант, и при других обстоятельствах, глядишь, мы смогли б с тобой даже подружиться… Что, так ничего и не скажешь тете Линде на прощанье? Ну ладно, как знаешь. Не стану больше тебе докучать. Прощай. — В очередной раз нагнувшись, Линда сцапала в кулак оба осколка развалившегося напополам рубинового кристалла, и тут же, обернувшись ростовой зеркальной статуей, осыпалась на землю грудой мелких стеклянных осколков.
Лишившийся якоря-основания жемчужный вихрь опасно завибрировал и заметался над островком из стороны в сторону…
Но досмотреть, что же с ним, в итоге, случится, мне не позволили сорвавшиеся вдруг внутри призрачного тела с продолжительной паузы энергетические узлы-огоньки. Через мгновенье все они дружно сошлись в центральной точке. Однако никаких вспышек боли за их столкновением не последовало. А просто из призрачной груди наружу полыхнула одинокая ослепительно-яркая вспышка света в районе солнечного сплетения.
Ослепленный, я на миг зажмурился. А когда снова распахнул глаза, вновь оказался внутри собственного тела.
И…
Интерлюдия 10
Так плохо ей не было еще никогда в жизни. Пальцы зверски изрезанной левой руку давно перестали шевелиться, напрочь утратив чувствительность. Было б здорово, если б так же отключились и нервные окончания исполосованного в лохмотья запястья, но тогда из вскрытых вен перестанет сочиться кровь, а этого уже допустить она никак не могла. Вернее, смертельно вымотавшаяся, обескровленная и обессиленная юная льера Вариэль, разумеется, с радостью прервала бы немедленно эту затянувшуюся чересчур пытку, но Тень Малого Дома, окончательно воплотившаяся в теле юной эльфийки с началом ритуала, вынуждала идти девушку до конца. И пленница собственного тела продолжала, наперекор собственным чаяньям, побелевшими губами нашептывать приливающий к ранам кровь наговор, провоцируя новые и новые приступы судорожной боли в изрезанном запястье.
Тонкая струйка чистой эльфийской крови, не прерываясь ни на миг, продолжала неумолимо сливать юную жизнь льеры Вариэль в побагровевшую земляную кашу под ее ногами. Да, с уже зреющим в середине натекшей кровавой лужи багровым кристаллом Первоосновы. Но, увы, зреющим чересчур медленно. Фатально медленно для уже практически выжитой, как лимон, жертвы смертельно опасного ритуала.
Она давно перестала чувствовать укусы облепившего неподвижное тело гнуса. Или укусы комаров и слепней прекратились, потому что настырно гудящих приставучих паразитов кто-то стал заботливо от нее отгонять?.. Сил, чтоб самостоятельно разузнать даже такую малость, не хватало от слова совсем. Она давно уже даже не пыталась приподнять на заклинившей шее налившуюся чугуном голову, что б оглядеться и понять, что творится вокруг. Потому что все, что творится вокруг, уже не важно. Главное протянуть как можно дольше, чтобы напоить кристалл Первоосновы достаточным количеством эльфийской жизненной силы. Достаточным для прорыва. А какого прорыва? — ответить она уже затруднялась.
Мысли путались. Даже срывающийся с собственных губ бубнеж однообразного и проговариваемого на автомате снова и снова речитатива для затуманенного сознания превратился в неразборчивую, как заевшая пластинка, абракадабру.
Пребывающая в полуобморочном состоянии, из-за чудовищной потери крови и бесконечной пытки болью от