Предсказатель прошлого стр. 74
к императору. Ночью, когда там спал Эгуадий, проникнуть туда было невозможно. Но в башню можно было беспрепятственно войти в любое другое время. Днем, когда император отсутствовал, дверь была открыта и башня охранялась кое-как.
– Это не я! – поспешил крикнуть Гим.
– И тем более не я, – сказал император. – Неужели вы думаете, что императоры убивают императоров? На это есть убийцы!
– Я тоже думаю, что исполнителем был Гим, – согласилась Кора. – Он взял украденные у Парфана шампуры и отнес их в спальню императора.
– Это не я, не я, клянусь, что не я! Я их взял и отдал Дуагиму.
– Дурак, ты подписал себе смертный приговор, – усмехнулся император. – Со мной они ничего не сделают, а из тебя мы изготовим козла отпущения.
Кора подождала, пока кончится обмен криками. И продолжала:
– Меня с самого начала смущала одна деталь. Почему орудием убийства были избраны шампуры, которые для этого, в сущности, не годятся? Для того чтобы убить человека, надо, оказывается, поразить жертву в глаз. Проткнуть шампуром грудь невозможно. Я сама выступала в роли жертвы и осталась жива.
– Успела убежать, вот и осталась, – заметил император, который потерял гордую осанку и стал похож на почти полный мешок с тряпьем.
– Когда я догадалась, что шампуры были нужны императору как свидетельство земного происхождения убийцы, я пришла к выводу, что их не втыкали в грудь Эгуадию.
– Как так не втыкали? – удивился Милодар.
– Я подозреваю, – сказала Кора, – и можно поставить следственный эксперимент, что преступление основывалось на знании привычек покойного императора. Представьте себе, что император Дуагим поднимается в башню…
– Требую не упоминать моего имени! – приказал Дуагим.
– Император поднимается в пустую комнату башни, втыкает два шампура в постель.
– В постель? – спросил Милодар.
– Да. В этом-то и хитрость. Ему никого не надо было протыкать.
– Поясни.
– Сейчас. Представьте себе – император в это время находится на вилле у Парфана. Когда они кончают разговоры с предсказателем, Эгуадий ложится в копию своей кровати в лаборатории Парфана, которая служит транслятором, и в мгновение ока оказывается на точно такой же кровати в башне. Но пространство, в котором материализуется император, уже занято – двумя вертикально стоящими шампурами! И в тот момент, когда тело императора Эгуадия материализуется, шампуры оказываются внутри его! Понимаете, их никто не втыкает – тело как бы само облекает их. И император погибает.
– Это бред, это клевета, я этого так не оставлю! – взревел император Дуагим. – Это пустые выдумки. Император был закрыт на засов. Кто закрыл его на засов, если он был мертв?
– А правильно, – согласился с императором Милодар. – Что-то здесь не сходится. Ведь не мог же Дуагим проникнуть сквозь запертую на засов дверь. Представь себе: он приходит, устанавливает шампуры, но он же должен уйти! А как он закроет за собой дверь на засов изнутри?
– У меня есть версия, – сказала Кора. – Но мне хотелось бы выслушать свидетеля.
– Нет свидетелей, нет и не было! – торжествовал император.
Кора подошла к телевизору и нажала кнопку видео. На экране шел мультфильм. Кора переключила программу – начался порнофильм.
– Этого нам еще не хватало! – захохотал император. – Лучше, Кора, оставайся у меня в наложницах, и мы будем с тобой делать такие фильмы.
– Где же кассета? – спросила Кора.
– Если вас интересует кассета господина