Преступившие стр. 22
– ничего этого словно и не было. Правда, в городе поговаривали, что защитникам Белого Дома выдадут специальные удостоверения, дающие право то ли на обслуживание вне очереди, то ли на получение через полвека однокомнатной квартиры. Фрол предложил проехаться к Белому Дому, чтобы вспомнить те жаркие дни, Келюс было согласился, затем подумал и категорически отказался, представив себе Китайца, поджидающего их в очереди за этими самыми удостоверениями.
Вечером Николай не выдержал и, оставив Фрола смотреть по коммерческому каналу очередной боевик, отвел деда на кухню и рассказал ему обо всем, что было в ту ночь. Келюс боялся, что дед, воинствующий атеист и боец с суевериями, сочтет услышанное последствиями контузии, но старик выслушал внука очень внимательно, а затем надолго задумался. Наконец, что-то решив, прошел в спальню, долго копался в шкафу и через несколько минут вернулся с большим свертком. Принесенное было уложено на кухонный стол и распаковано. Увидев желтую, потрескавшуюся от времени кобуру, Келюс слегка похолодел. Николай Андреевич невозмутимо извлек из нее вороненый браунинг, привычным движением разобрал оружие, проверив каждую деталь, затем принялся за сборку.
– Дед! – выдохнул Лунин-младший. – Ты чего? Посадят!
– Не дрожи, поручик! – хмыкнул старик. – У меня разрешение имеется, еще с тридцатых. Между прочим, именной… Так, три обоймы – пока хватит… Так вот, Келюс, теперь эта штука должна быть всегда у тебя под рукой. Жаль, тебе опасно брать ее в город. Но все-таки, пусть будет хотя бы здесь…
– Это так серьезно? – Келюс почувствовал, что, похоже, здорово влип.
– Более чем, – подтвердил Лунин-старший. – Честно говоря, меня удивляет только одно – как тебя выпустили живым? Не вышло на улице, могли бы достать в медпункте той же ночью…
– Так ведь меня же там не было! – сообразил внук. – Мы с Фролом всю ночь в коридоре пролежали, где этот Варфоломей Кириллович над ними опыты ставил! А днем в госпитале народу было полно, к тому же пресса…
– Похоже, – согласился старик. – Прошляпили, видать, очень заняты были… Келюс, мальчик, если бы ты знал, во что ввязался!
– Ну так расскажи! – оживился внук, радуясь возможности узнать все секреты сразу.
– Не могу, – медленно произнес Николай Андреевич. – Хочу рассказать, но не могу… Я давал подписку и, между прочим, честное слово… К тому же это ничего не изменит, а ты, вдобавок, наделаешь глупостей. Фроату рассказывал?
– Нет, – Келюс был горд своей предусмотрительностью. – Молчал, бином, как молодогвардеец, хотя и подмывало…
– В любом случае, – перебил дед, – вам обоим надо уехать отсюда, и как можно скорее. Фроату пора домой: впечатлений, по-моему, он уже набрался. А ты поищешь работу. В провинции, может быть, еще нужны преподаватели-диссиденты…
– А ты? – запротестовал внук. – Мало того, что у тебя эти секретные пипифаксы, так еще за мной могут прийти.
– Как-нибудь, – неопределенно махнул рукой дед. – В крайнем случае, уходить недалеко. А с тобою меня могут не пропустить…
– Куда? – не понял Николай. – На конспиративную квартиру?
– Много будешь знать – вообще не состаришься, – пресек излишнее любопытство Лунин-дед. – Да… Не знал, что Белый Дом тоже подключили…
«Куда? – подумал Келюс. – К подземному ходу? К вертолетной площадке? И что я такого видел – комнату или тех, кто из нее появлялся?»
Подмывало продолжить расспросы, но внезапно из передней раздался мелодичный перезвон. Японский звонок извещал о чьем-то