Привет от Вернера стр. 27
– Пойди с ней поиграй!
– Не хочу я...
– Почему?
– Так...
– Что это за «так»? Ничего не бывает «так»... Просто стесняешься ты, как красная девица!
Ну вот! Вот мама и сказала эти слова! Понимаете, в каком смысле она это сказала? Это было, конечно, очень неприятно!
– Вовсе я не красная девица!
– Тогда подойди!
– Не хочу я!
– Ну, как знаешь! – сказала мама. – Будь красной девицей...
Краем глаза я смотрел на Гизи – она разгребала лопаткой снег...
Я нарочно сказал, что не хочу к ней подойти. Я очень хотел подойти! Неплохо бы построить с ней какую-нибудь крепость. Но оттого, что мне очень хотелось подойти, я еще больше не мог подойти! Понимаете? Разве с вами такого не случалось? Конечно, случалось!
И тут вдруг выскочила эта сумасшедшая собачка! Собачка выскочила из-за угла, постояла секунду как вкопанная, покосилась на нас, а потом вдруг кинулась с лаем на Гизи! Я знал эту собачку – она часто гуляла у нас во дворе со своей старушкой хозяйкой; она была очень глупая, часто лаяла ни с того ни с сего, вот как сейчас. Не старушка, конечно, а собачка. Наверное, она увидела, что Гизи новый в нашем дворе человек, вот и кинулась сдуру на Гизи.
Гизи испугалась. Хотя эта собачка была совсем маленькая, но очень уж свирепая: вся лохматая, с нависшими на глаза космами грязно-белых волос, как фурия какая-нибудь, с налитыми кровью глазками... Что такое фурия? Фурия – это ведьма. Я всегда звал эту собачку фурия, хотя на самом деле ее звали Жужу.
Эта фурия накинулась на Гизи с вытаращенными глазами, оскаленными зубами, брызгая слюной, как сумасшедшая! Она уже схватила Гизи за пальто! И никто не приходил Гизи на помощь! И тут я пришел ей на помощь! Я подбежал сзади к Гизи, выхватил у нее лопату и хлопнул фурию по лохматому мягкому месту! Она взвизгнула и помчалась в сторону. Весь ее пыл сразу
пропал!
– Пшла отсюдова! – взмахнул я лопатой. – Пшла!
– Эй, мальчишка! Ты что обижаешь собаку? – Это кричала хозяйка Жужу, семенившая к нам через двор.
– Пусть ваша собака не нападает на детей! – сказала мама.
Я посмотрел на Гизи... Она мне улыбалась! Улыбалась своей особенной немецкой улыбкой, которую я видел первый раз. Вот так мы с Гизи и познакомились. И я доказал, что я не красная девица! Если я и был красной девицей, то очень недолго.
ТРЕТЬЕ ПИСЬМО ВОРОВСКОМУ
Так мы стали с Гизи друзьями – наконец-то! Мама сказала, что это для меня очень полезно – общаться с Гизи, – потому что она в совершенстве знает немецкий. Разговаривая с ней, я могу совершенствоваться в немецком языке. А еще полезно общаться с ней просто так, потому что она девочка. Нельзя же все время играть только с мальчишками. «Это значит быть однобоким», – сказала мама. А я не хочу быть однобоким. Девочки – это совсем особый мир, я уже вам это доказывал, и надо с этим миром общаться. У девочек можно многому научиться. Аккуратности, например. И еще многому, о чем вы даже не подозреваете. Особенно если это девочка из другой страны. Это особенно интересно.
И все же я часто оставался однобоким – все так же гулял во дворе