Призрачный стр. 38
После этого послышался жалобный вой, постепенно затихающий, как будто его поглощала толща земли. Одноглазая волчица провалилась в ледяную расщелину и оказалась в плену хищного ледника.
Глава пятнадцатая
Долгая синяя ночь
ПЕЩЕРА, ГДЕ РАСПОЛОЖИЛСЯ НА ОТДЫХ Свистун, оказалась не такой уж разрушенной, как ему представлялось на первый взгляд. Он вышел наружу и попытался отыскать других волков. Но, похоже, никто из Кровавого Дозора не пережил землетрясения. А то, что не разломали толчки, разрушил ледник. Он видел, как тот приближается, замедляясь с каждым часом. Зрелище пугало, но в нем таилась и особая красота – ужасающее очарование природной стихии.
Свистун вернулся к пещере. В ее переходах теперь были слышны другие звуки, похожие на шепот и царапанье.
– Откуда они доносятся? – спросил Свистун вслух, до сих пор не привыкнув к своему новому голосу. Эти звуки походили на заунывный плач, как будто сама земля испускала долгий жалобный глаффлинг. Свистун моргнул и осмотрелся. Рядом с ним, под обломками, лежал поющий камень – вот он-то, как был уверен волк, и передавал эти тоскливые завывания.
Поющие камни состояли из особенных минералов, резонирующих на далеких расстояниях. У этого звука был низкий, бархатистый тембр, который Свистун узнал сразу же и от которого у него дыбом встала шерсть на загривке. Ему был знаком этот голос. Это Эдме! Он принялся лихорадочно разгребать завалы, чтобы расчистить место вокруг поющего камня и приложить к нему ухо. Наконец ему удалось расчистить относительно ровный участок. Камень немного сошел со своего места, и рядом была видна впадина, в которой он покоился раньше. Но отодвинулся он совсем недалеко, и когда Свистун соскреб с его поверхности грязь со льдом, звук стал еще более отчетливым.
Теперь были слышны и голоса других волков – Фаолана, Дэрли, Мхайри и еще одного щенка! Они все были в одном месте. Судя по их интонациям, Эдме грозила какая-то непонятная, но очень опасная беда. Возможно, она попала в ловушку и была ранена. Свистун еще крепче прижался ухом к камню.
Эдме сидела на небольшом ледяном выступе над бездонным обрывом, но из всех присутствующих она казалась самой спокойной. Фаолан же едва не сходил с ума от отчаяния. Никогда она еще не видела его в таком состоянии.
Каким-то образом ей удалось зацепиться за выступ и не упасть еще ниже. Дна расщелины она не видела. Ее стены шли не строго вертикально, а изгибались застывшими ледяными волнами, за которыми ничего не было видно.
Она взобралась чуть-чуть повыше и уцепилась за еще один выступ, который находился ближе к краю, но, к сожалению,
был значительно у€же прежнего. Что больше всего ее пугало – так это необычная синяя дымка, окутывающая все вокруг. Волчица осмелилась глянуть вниз еще раз и увидела только, что синева сгущается, превращаясь почти в кромешную тьму.
Костный мозг застыл в костях Эдме. Эта тьма не походила на ночную, она была сплошной, без единой звездочки. Просто беспроглядная тьма вечной пустоты.
– Мы что-нибудь обязательно придумаем, Эдме! – утешал ее Фаолан. – Мы поможем тебе выбраться.
Потом она услышала, как Фаолан спорит с сестрами. Мирр тихо скулил, а Дэрли сказала что-то про орлов, которые могли бы ее вытащить.
– Не глупи, – прервала ее Эдме. – Птица