Призрак черного озера стр. 104
кольцо волчьих глаз.
— Что вы решили, господин барон? — проговорил лейтенант, взглянув на злополучную шкатулку.
Фон Армист прижал шкатулку к груди.
Он понял, что не может, не должен расставаться с ней. Эта вещь должна принадлежать ему, только ему… может быть, ради нее он проделал весь этот опасный и кровавый путь, ради нее пришел с Великой армией в далекую и мрачную страну…
— Что вы решили? — настойчиво повторил Густав.
Барон собрался ответить ему, поставить его на место… но вдруг он услышал в лесу приближающиеся звуки.
— Вы слышите, лейтенант? — проговорил он, подняв руку. — Вы это слышите?
— Я ничего не слышу… — ответил Густав недоверчиво, но вдруг на его лице отразилось удивление: он тоже услышал.
Впрочем, теперь это невозможно было не расслышать: из леса к поляне приближался конский топот.
Вера Истомина плохо провела эти два дня. Она слонялась по Надиной квартире, бессмысленно глядя на себя в зеркало, нечесаная, в одной длинной футболке и босиком. Или валялась на диване, рассеянно щелкая пультом телевизора. Или сидела на подоконнике и смотрела во двор. Или спала тяжелым, беспокойным сном, и снились ей всегда бессвязные мучительные кошмары, так что пробуждение воспринималось как радость. Но только в первые секунды. Пока она не осознавала неприглядной действительности.
Телефон она отключила, чтобы не отвечать на звонки и не рассказывать в который раз о том, как умерла Надя.
На третий день она проснулась поздно. Было душно, по небу плыли низкие свинцовые тучи. Вере казалось, что они давят прямо на темечко. Голова не болела, но казалась чужой и тяжелой. Вера хотела выпить кофе, чтобы взбодриться, но обнаружила, что все кончилось — и кофе, и сахар, и молоко, и булка, и даже каменные пряники, которые она весь день грызла вчера.
У нее ничего нет, думала Вера, с тоской глядя на серое небо, нет квартиры, нет работы, нет мужа, и друзей тоже нет, ведь она отсутствовала шесть лет и
понятия не имеет, куда все подевались. Можно, конечно, найти старые телефоны, можно встретиться с подругами, но что она им скажет? И что они о ней подумают? Жила шесть лет за границей, да не где-нибудь, а в Париже, ничего не достигла. Ни работы приличной, ни богатого мужа, ни тряпок дорогих, и сама выглядит ужасно. Вера думала, что, вернувшись в родной город, начнет новую жизнь, что они дружно заживут вместе с Надей, потому что у них двоих никого больше нет на этом свете. И вот… такая трагедия.
Удар оказался слишком силен, Вера после него не скоро оправится.
Сейчас Вера отчетливо поняла, что нужно на что-то решаться. Жить не для чего и не для кого, так, может, и ну ее, эту жизнь? Зачем цепляться за это жалкое существование? Напиться снотворного или выброситься из окна.
Вера повертела в голове мысль о самоубийстве. С одной стороны, конечно, соблазнительно — одним махом можно решить множество проблем. Мертвому человеку не нужна квартира, не нужны деньги, ему совершенно все равно, как он будет выглядеть, ему не требуются друзья, и так далее.
С другой стороны, возникают чисто практические вопросы.
Мысль о выбрасывании из окна придется оставить — Надина квартира на втором этаже. Так что разбиться насмерть не получится. Только