Призрак черного озера стр. 27
лифчики поразительного размера, потом на свет появились сберкнижка, ее собственный паспорт и табель ученика девятого класса Кукушкина Вити с одними тройками, среди которых нечаянно затесалась четверка по физкультуре.
— Нету, — упавшим голосом сказала Валентина и плюхнулась на диван, потому что ноги ее не держали. Но тут же вскочила и с воплем «Паразит, совсем мозги пропил!» вцепилась мужу в жидкие волосенки.
— Спокойно, граждане, — Уточкин был наготове и ловко разнял супругов, — отношения потом выясните, а сейчас нужно с паспортом разобраться. Когда вы его в последний раз видели?
Выяснилось, что паспорт видели две недели назад, когда тот понадобился Михаилу, чтобы получить на почте посылку.
— От Люси, золовки, посылка пришла, — утирая слезы, сообщила Валентина, — они с мужем на Севере живут, вот рыбу соленую иногда присылают, очень хорошую… И главное, я ведь сама ироду этому, — она кивнула на мужа, — паспорт выдала, а как не дать, если посылка на его имя… А он как получил посылку, так и загудел, половину рыбы они с дружками съели…
— А чего ж сама с ним не пошла? — поинтересовался участковый.
— Так смена у меня была! — Валентина всплеснула руками. — Я же работаю на птицефабрике! Кур полупотрошу! Как увидела я, что рыбы мало, так и отлупила его скалкой! А про паспорт из головы совсем вылетело…
— Да… либо посеял его по пьяному делу, либо на почте сперли, пока он ушами хлопал… — буркнул Василий, вставая.
— Что теперь делать? — Валентина снизу заглядывала ему в глаза. — Арестуете Михаила?
— Да кому он нужен-то! — с досадой ответил Уточкин. — Завтра с утра в отделение пускай идет и заявление напишет, что паспорт украли. А то не оберетесь потом неприятностей…
— Сама его отведу! — Валентина с готовностью закивала.
— Счастливо оставаться! — сказал на прощание Василий и вышел из квартиры в самом скверном расположении духа.
Эту ниточку следовало считать окончательно оборванной.
Вернувшись в деревню, Василий Уточкин увидел возле своего дома целых две машины, причем обе незнакомые.
Одна — скромная, хоть и довольно новая, «Нива», вторая — синяя «хонда». Обе машины были сильно забрызганы грязью, что немудрено на проселочных дорогах.
На пороге участкового дожидались хозяева машин — гражданин интеллигентного вида в очках, с кожаной папочкой под мышкой, и средних лет священник в аккуратной рясе, с реденькой пегой бородкой. Друг друга эти двое старались не замечать.
Увидев участкового, они оживились и двинулись ему навстречу.
— Здравствуйте, уважаемый! — внушительным басом проговорил мужчина в очках. — Позвольте представиться: Николай Николаевич Сретенский, из областного музея. Кандидат искусствоведения, между прочим. До нас дошли сведения, что в ваши руки попали большие художественные ценности…
— Здравствуй, сын мой! — высоким тенорком перебил Сретенского священник и протянул руку в благословляющем жесте. — Известно нам стало, что у тебя находятся принадлежащие Церкви священные предметы. Я — отец Никодим, и прислал меня к тебе владыка Антоний, дабы возвратить церкви ее законное достояние…
— Принадлежащие Церкви?! — возмущенно воскликнул Сретенский, как будто впервые заметив священника. — С какой стати они принадлежат Церкви? Всякая находка принадлежит государству, в данном случае, поскольку находка представляет собой художественную и историческую ценность, она должна перейти в ведение областного комитета по культуре и поступить в наш музей!..
— И речи быть не может! — перебил его отец Никодим. — Эти ценности были похищены захватчиками у