Призрак киллера стр. 189
вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. Нина по его просьбе предварительно сдала квартиру под охрану.
После этого она вновь впустила Щелкунчика, и они стали ждать.
До самого последнего момента женщина не понимала замысла и начала понимать лишь после того, как Щелкунчик попросил ее собраться окончательно и быть готовой к тому, чтобы покинуть собственную квартиру если не навсегда, то, во всяком случае, надолго.
Кто знает, когда она теперь вернется сюда? И вернется ли? Человеческая жизнь извилиста.
Им предоставилась возможность проверить работу московской вневедомственной охраны, про которую ходит столько нелестных слухов. Но все оказалось глупостями, потому что не прошло и пяти минут, как в квартире раздался настойчивый, требовательный звонок.
Щелкунчик вместе с Ниной вышел в прихожую и, заглянув в «глазок», убедился в том, что был прав, надеясь на милицию. За дверью стояли двое в форме и настороженно глядели ему как будто в глаза, а именно — прямо в дверной «глазок»…
Когда дверь открылась, оба милиционера напряглись, а один из них внушительно приподнял слегка висевший у него на плече автомат.
Хорошо, что сейчас вневедомственная охрана ходит с автоматами. Именно на автомат Щелкунчик и рассчитывал…
— Документы, — потребовал старший группы, входя в квартиру. — Сработала сигнализация, — пояснил он мимоходом, подозрительно присматриваясь к Нине и Щелкунчику.
Через минуту, когда Нина показала свой паспорт с пропиской и тем самым удостоверила милиционеров в том, что она и является хозяйкой квартиры, пришла очередь Щелкунчику приводить в исполнение свой замысел.
— С вас десять тысяч штрафа будет, — сказал равнодушно тот, с автоматом на плече. — За ложный вызов. В квартиру вошли, а сигнализацию снять забыли.
— В сберкассе заплатите, — вставил второй милиционер, совсем безусый юнец, тоже захотевший принять участие в разговоре. — Да что там, десять тысяч — деньги-то небольшие.
— Ну да, — тут же ответил Щелкунчик. — Нет проблем, заплатим, почему же нет… Мы люди послушные. У нас вот только к вам просьба есть.
Он достал из бумажника пятьдесят тысяч и повертел ею в воздухе, как будто играя. Потом достал вторую точно такую же купюру и демонстративно сложил их вместе.
Произведя таким образом некоторый эффект, он изложил просьбу — весьма необременительную.
— Мы сейчас выйдем отсюда все вместе, — сказал он. — Вы нас посадите в свою машину и довезете по одному адресу, мы вам потом скажем. Тут недалеко.
Старшина покосился на сто тысяч, как будто не замечая их, и равнодушно покачал головой:
— На такси ездить нужно, гражданин, вот что… Ваши документики, пожалуйста.
Опытный попался старшина, такого на мякине не проведешь…
Он взял протянутый ему паспорт Щелкунчика и полистал его. Взглянул на фотографию, потом сверил ее с физиономией владельца документа, посмотрел на прописку. Увидев другой адрес, он усмехнулся, видимо о чем-то догадавшись.
— Неприятностей опасаетесь? — спросил он почти заговорщицки, подмигивая Щелкунчику и Нине.
— Каких еще неприятностей? — раздраженно спросила Нина, которая, как выяснилось, не любила, когда ей подмигивали. — Что вы имеете в виду?
— Да то и имею, — невозмутимо ответил старшина, усмехаясь еще шире. — Неприятности на почве ревности — страшное дело… Сколько народу из-за этой ревности пострадало.
Второй милиционер тоже заулыбался, поняв, что имеет в виду старший. Щелкунчик решил не «нарываться», чтобы не отпугнуть милиционеров, на которых была его последняя