Призрак киллера стр. 205
таким образом, Щелкунчик вновь вышел к своим новым знакомым. Те о чем-то говорили, но при появлении Щелкунчика резко смолкли.
— У меня к вам несколько вопросов, — сказал Щелкунчик. — А именно — три. Три вопроса.
— Прямо Сфинкс какой-то, — фыркнул Яков Бекбулатович и пожал плечами. — А из нас делает Эдипа… Подумайте, три вопроса у него…
Щелкунчик не знал, кто такой Эдип и что за вопросы задал ему Сфинкс, но в словах и в тоне Якова Бекбулатовича не обнаружил недоброжелательства, так что не обратил на них внимания.
— Во-первых, — сказал он, усаживаясь обратно на диван, — кто вы такие? Во-вторых, зачем вам нужна эта бумага? Ну, докажете вы незаконность сделки… Вам какая от этого польза? Это второй вопрос. Пожалуйста, я бы хотел получить ответы, потому что больше я не согласен сотрудничать с кем бы то ни было, не зная про них ничего.
Мужчины помолчали, переглянулись.
— А третий вопрос? — спросил тот, что был в роговых очках. — Вы сказали, что у вас три вопроса, а назвали только два…
— Третий потом, — сказал Щелкунчик твердо, на что долговязый хмыкнул:
— Ну как вы не понимаете, господа? Третий вопрос будет о Нине…
Щелкунчик покраснел, потому что это была правда, и метнул на долговязого гневный взгляд, но ничего дерзкого больше не ответил.
— Третий потом, — только повторил он упрямо.
— Ваши первый и второй вопросы, — начал в академической манере Яков Бекбулатович, — представляют собой одно целое и в этом смысле дополняют друг друга. Ответив на первый, мы тем самым ответим автоматически и на второй. И наоборот…
То ли Яков действительно был профессором и привык так рассуждать, то ли он наслушался по телевизору выступлений Собчака…
— Бумага нам нужна для того, чтобы незаконную сделку расторгли, чтобы металлургический комбинат вновь был выставлен на торги, — сказал Яков в результате. — А нужно нам это для того, чтобы самим купить контрольный пакет акций и самим стать владельцами комбината. Разница между нами и банком «Солнечный» состоит в том, что они купили его не на свои деньги, а на чужие, и, таким образом, комбинат со всеми его перспективами и доходами фактически уплыл за границу. Он практически стал иностранной собственностью, и сверхприбыли из него будут «качать» вовсе не на благо России, а совсем в другую сторону. Мы же хотим честно вступить во владение, хоть у нас и меньше денег, чем у «Санрайза». Это мы будем эксплуатировать комбинат на благо нашей страны, от этого все выиграют. Понятно?
— Это понятно, — ответил Щелкунчик неохотно. — Непонятно только, кто же вы такие. Слова, которые вы сейчас сказали, очень благородные и красиво звучат. Но я хотел бы понять про вас больше.
Это самое «больше» было ему немедленно предоставлено. Яков Бекбулатович вытащил из кармана удостоверение и протянул его Щелкунчику. После этого достал из кейса некий документ и положил его рядом с удостоверением.
— Мы — это банк «Заря», — пояснил он спокойно. — Я — его управляющий, а это мои коллеги. — Он обвел глазами двоих своих спутников. — Так вас больше устраивает?
Щелкунчик изучил удостоверение и документ на бланке, в котором было решение собрания акционеров банка «Заря» о назначении Якова Бекбулатовича управляющим…
Теперь все стало более или менее понятно.
— Я бы сказал, что вы отличаетесь удивительными