Призраки белых ночей стр. 121
А если ее там нет, то он остается один на один с неизвестностью.
Нужно выломать эту чертову дверь! Антон оглянулся по сторонам, ища взглядом какой-нибудь пожарный топор или еще что-то, но ничего подходящего поблизости не обнаружилось. Зато из комнаты в самом конце коридора показался мужчина в серой спецовке.
У Антона в голове моментально все сложилось. Как Коля загипнотизировал медсестру на посту, чтобы той казалось, будто Вика по-прежнему в комнате, так он мог внушить этому мужчине средних лет, что нужно пустить девочку на крышу. У него вполне могли быть ключи.
– Эй! Можно вас? – окликнул Антон, стараясь привести мысли и чувства в порядок. Переживания, помноженные на алкоголь и усталость, мешали сосредоточиться, а для нового внушения нужно быть собранным. – Мне нужна ваша помощь.
Мужчина нахмурился, но медленно пошел к Антону. Слишком медленно! Или Антону просто так казалось, поскольку сердце билось в три раза быстрее, чем обычно.
Мужчина оказался податлив. Даже в взвинченном состоянии Антону удалось за секунды убедить его открыть дверь, ведущую на крышу, и оставить ее открытой. Ведь им с Викой потом нужно будет как-то выбраться.
Еще один лестничный пролет, маленькая дверь – и вот он уже на крыше. Вика по-прежнему гуляла по парапету, улыбаясь своим мыслям и балансируя руками. Возможно, ей
казалось, что она ходит туда-сюда по поребрику или поваленному дереву.
Антон замер, не зная, что будет лучше: позвать Вику или подбежать к ней и схватить. Желудок сводило от одного взгляда на дочь, которая, чуть покачиваясь, едва не заваливалась вбок, но потом выпрямлялась.
Поскольку ноги как будто приросли к земле, он предпочел аккуратно позвать:
– Вика!
Она повернула к нему голову, ее улыбка стала шире.
– Папочка, смотри, как я умею! – крикнула она в ответ каким-то совсем детским голосом, как будто ей снова было пять.
Когда Антон приходил поздравить ее с днем рождения или с Новым годом, она всегда произносила эту фразу. Всегда пыталась продемонстрировать какие-то бессмысленные детские навыки. Почему-то именно сейчас Антон вдруг понял, что дочь тогда отчаянно пыталась привлечь его внимание, показать, какая она молодец. Наверное, надеялась, что он станет приходить чаще, если она окажется достаточно хороша. Почему он не приходил чаще? Он был занят. Всегда слишком занят. У него был его университет, его студенты, его чертова диссертация, будь она трижды проклята! Он даже не находил времени и желания похвалить то, что она демонстрировала ему во время визитов.
– Это очень здорово, ты молодец, – отозвался Антон сейчас, протягивая к ней руку и стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал. – Но хватит уже, иди ко мне.
Вика остановилась, глядя на него, но не успела сделать и шага, как рядом с ней выросла высокая, худощавая, вытянутая фигура.
Антон резко втянул носом воздух, стиснул зубы.
– Не смей трогать ее, – почти прорычал Антон. – Кишка тонка со мной лично разбираться? Ты ничтожество! Всегда им был и всегда будешь.
Искаженная проекция Коли Смирнова склонила продолговатую лысую голову набок и, как показалось Антону, усмехнулась.
Вика, которая не замечала чудовища рядом, медленно повернулась, вставая спиной к пропасти. Она снова подняла и раскинула руки в стороны.
– А смотри, как еще я могу, – уже без улыбки сказала она.
Антон понял, что выбрал