Проблема по соседству (СИ) стр. 3
видеть. И его, в общем-то, можно понять. В итоге он выбросил меня из головы, нашел новую компанию, а после школы переехал в Нью-Йорк. Мы окончательно потерялись, но с бабушкой он, по-видимому, контактировать не перестал. Она была для него как вторая мать.
— Ты знаешь, что с ним случилось?
— Не выясняла. Всегда слишком боялась узнать.
— Тогда нам надо это исправить прямо сейчас. — Она отложила вилку и достала из сумочки телефон.
— Эй... Что ты делаешь?
— Ты же знаешь, я самопровозглашенный профессиональный сталкер, — улыбнулась Трейси. — Ищу его на фейсбуке. Джастин Бэнкс... так ты его назвала? И он живет в Нью-Йорке?
Прикрыв ладонью глаза, я сказала:
— Я не могу смотреть. Не буду смотреть. Там, наверное, сотни Джастинов Бэнксов. Ты не сможешь найти его.
— Как он выглядит?
— В последний раз я его видела, когда ему было шестнадцать, поэтому он наверняка изменился. Но тогда у него были русые волосы.
И он был очень красивым. Я помнила его лицо, словно это было вчера. Я так и не смогла забыть его.Трейси читала вслух информацию о разных Джастинах Бэнксах, зарегистрированных на фейсбуке. Описания ни о чем мне не говорили, пока я не услышала:
— Джастин Бэнкс, Нью-Йорк, музыкант в «Just In Time».
У меня екнуло сердце, а на глаза, к моему удивлению, навернулись внезапные слезы. То, как быстро меня затопили эмоции, было тревожным. Он словно воскрес из мертвых.
— Как ты сказала? Музыкант где?
— В «Just In Time». Это он?
Я онемела. Это название он использовал, когда мальчишкой играл на гитаре на углу нашей улицы.
Just In Time.— Это он, — признала я, наконец.
— Боже, Амелия.
Мое сердце забилось быстрее.
— Что?
— Он...
— Что? Говори! — Я чуть не сорвалась на крик, потом допила остатки воды.
— Он... бесподобен. Охренительно бесподобен.
Я закрыла руками лицо.
— Господи. Пожалуйста, не рассказывай.
— Взгляни.
— Я не могу.
Прежде чем я успела опять отказаться, Трейси сунула мне в лицо телефон. Трясущимися руками я взяла его.
Святые небеса.Ну зачем я посмотрела?
Судя по фото, он был красив — точно таким, каким остался у меня в памяти, но в то же время совершенно другим. Повзрослевшим. На нем была серая шапочка, а подбородок покрывала щетина, которую он никак не мог отрастить, пока мы дружили. В руках у него была акустическая гитара. Он склонялся над ней, словно собираясь запеть в микрофон, и от проникновенного выражения у него на
лице меня бросило в дрожь. Другие его фотографии посмотреть не получилось — его профиль оказался закрытым.
Трейси забрала у меня телефон.
— Он музыкант?
— Видимо, да.
Раньше он писал песни для меня.— Ты свяжешься с ним?
— Нет.
— Почему?
— Наверное, потому что даже не знаю, что мне сказать ему. Чему быть, тому не миновать. Рано или поздно мы все равно поговорим. Просто я не собираюсь делать первый шаг.
— Но каким образом вы поделите дом?
— Ну, поверенный дал мне ключи и сказал, что вторые отправлены Джастину. Мы оба будем записаны, как владельцы. Еще бабушка оставила