Библиотека

Программист стр. 45

Размер шрифта
-
+
Тема

Так уж сложились обстоятельства, что этот период мог стать для него решающим, переломным. Телешов уже довольно долго ждал именно таких обстоятельств и именно такого человека, как Борисов. Он уже по опыту знал, что все это выпадает и совпадает куда как не часто и что при его здорово сомнительных картах еще один случай может не подвернуться вообще.

В случае неудачи впереди маячила отвратительная для него перспектива не руководящей и координирующей, а конкретной инженерной работы.

Поэтому, какого бы нрава ни, был Телешов, он не мог позволить себе роскошь обнаруживать его. Он груб, оп умеет, можно даже сказать, великолепно умеет быть грубым, но пока обстановка оставалась стабильной, держал свое умение при себе. Нельзя было распускаться, нельзя было рисковать. Да и вообще, как говорят бизнесмены: «Если дела и так идут неплохо, зачем раскачивать лодку?» И те, вначале незначительные, казалось, беспоследственно исчезающие вспышки, которые стал с недавнего времени отмечать Геннадий Александрович, свидетельствовали не о силе, а о крайней, граничащей с паникой неуверенности Телешова. Так что на этом этапе ситуация вырисовывалась в значительной степени как юмористическая. Как один из вариантов тысячелетнего бродячего сюжета: что ты меня боишься, я тебя сам боюсь. Конечно, юмор этот доступен только зрителю, сами же комики, как и полагается по законам жанра, должны оставаться предельно серьезными.

Впрочем, нашим героям больших усилий для сохранения серьезности прилагать не требуется. Они серьезны вполне искренне, истово, серьезны на полном серьезе. Им и в голову не приходит отойти немного в сторону, взглянуть на все свои проблемы немного под другим углом зрения. Тропа воины (хотя войны и не объявленной и ведущейся без разрыва дипломатических отношений), на которую они вступили, слишком узка, чтобы позволить более или менее широкий обзор всей диспозиции. А юмор — это прежде всего широта взглядов. Когда же все усилия уходят только на то, чтобы не сорваться с кручи, тут уж не до улыбок.

Итак, сделаем в нашем конспекте еще одну запись: к настоящему времени они пришли к взаимной напряженности, которая не в последнюю очередь порождена и полной неосведомленностью относительно намерений противной стороны. Неосведомленностью, которую мы с полным основанием могли бы считать несколько комичной, если бы, конечно, речь шла о сценарии, развязка которого уже написана и не сулит нам иных слез, кроме тех, что выступают от слишком сочного смеха.

Это к чему они пришли, или, как любит говорить Арзаканьянц, открывая ученый совет, «что мы имеем на сегодняшний день». Начиналось же все это — легко представить, — как и всякое начало, куда безоблачней. После первого разговора с Геной

Телешов и Борисов, вероятно, не сомневались, что делают правильный выбор. Он произвел на них впечатление мягкого, интеллигентного человека. Что же касается деловых качеств, то гения им было не надобно, а справки, которые они наведи о Геннадии Александровиче, не позволяли сомневаться в его высоком уровне. Сочетание качеств казалось столь подходящим, что первое время приглашение Геннадия Александровича расценивалось ими как удачная находка, чуть ли не как доброе предзнаменование для всего

дальнейшего.

Однако за первым временем пришло и второе. Его приход не был ознаменован какими-то драматическими переменами, но изменение климата стало очевидным для обеих сторон. Что-то менялось в том плане, который наметили для

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.