Прокаженный стр. 120
тишина, но Сарычев был начеку. Как только в квартиру осторожно зашли трое молодых людей со шпалерами наготове и, увидав мертвые тела, плавающие в луже крови, испуганно застыли, он с быстротою молнии зарубил их, причем одного — ударом «монашеского плаща» от левой ключицы до пояса. Верхняя часть тела супостата откинулась и обнажилась печень, которую при Желании можно было бы вырвать и съесть. Однако, как Александр Степанович ни был голоден, делать он этого не стал. Чай, не в Японии. Прислушавшись, он бросился вниз — предстояло еще поговорить с теми, кто затаился в машинах.
На площадке второго этажа его снова ждали — «пластом» увернувшись от пули, майор метнул клинок в горло противника и, кувыркнувшись, с ходу вырвал пах у второго стрелка. Вернув себе меч, он выскочил из подъезда и метнулся к джипу, водитель которого с дикими глазами пытался запустить двигатель. Не успел — меч прошел сквозь дверцу иномарки и глубоко вонзился ему в грудь. «Хватит, покатался. — Сарычев выкинул убитого из кресла, уселся сам и нехорошо посмотрел в сторону „мерседеса". — Ну, держитесь, ребята!»
Словно услышав его, водитель «пятисотого» дал по газам, да так, что только снег полетел из-под колес и шарахнулся в сторону встречный «жигуленок». «А, зассали! — Майор врубил скорость и погнал машину следом. — Так вас растак!» Тут в окнах многострадальной сарычевской квартиры полыхнуло ярким пламенем, и раздался сильный взрыв, чему сам Александр Степанович не удивился — рванули, чтобы никаких следов. Теперь на ремонт никаких денег не хватит. Впрочем, нет, хватит. Даже еще и останется…
Между тем мощный, удобный, на классной резине джип играючи перевалил через поребрик, разнес на досочки песочницу и стремительно срезал угол через детскую площадку. Достав «мерс», майор, не мудрствуя лукаво, шмякнул его с ходу массивным бампером в зад, так что понесло «пятисотого» на бетонный столб. Однако водила справился, с курса не сошел, а из заднего бокового окна какая-то сволочь высунула «шмайсер». Выстрелов Сарычев дожидаться не стал. Присев под руль, он услышал, как пули прошили подголовники, ладонью дал по тормозам и, дернувшись вправо, юзом ушел из-под обстрела. В следующее мгновение он прибавил газу, достал «мерседес» и крутанул руль влево. А дело-то происходило на мосту — неразведенном, согласно зимнему времени, открытом всем ветрам и тронутом изрядным гололедом.
Бандитская тачка начала елозить по трамвайным путям, крутанулась и, смяв узорчатую ограду, спикировала носом вниз, на покрытый торосами невский лед. Громыхнуло, «мерседес» вспыхнул, словно спичечный коробок, и начал медленно проваливаться в мутные воды. Зрелище было удивительно красивым, как в кино, однако любоваться майор не стал. Съехав с моста, он вырулил на набережную, сбросил скорость и степенно припарковался.
Дальше передвигаться на джипе было опасно. Да и вообще оставаться в Питере… Его теперь будут искать до победного конца, а найдут скорее всего по доверенности на «девятку» господина Каца. Это только вопрос времени. Так что вывод один: надо сматываться. И не конкретно сейчас, а с концами, глобально… Эх… С тяжелым сердцем Сарычев сорвал чехол с заднего сиденья, завернул в него клинок и, похлопав ласково по рулю, выбрался наружу. И почему этот мир так скверно устроен?
На мосту уже вовсю сверкали проблесковые огни — это прибывшие синхронно со «скорой