Прокаженный стр. 44
— Нет, ваше степенство, все спокойно, — по-старорежимному ответил тот и, хрустнув полученными булерами, кланяясь, проводил майора до выхода.
Выбритый и пахнущий как штамп, майор вышел на набережную и внезапно узрел такую морду протокольную, что не удержался и, подойдя поближе, удивленно спросил:
— Товарищ, что это у вас на правом плече?
Тот повернул витрину в сторону и, получив сильный удар в челюсть, стал медленно оседать на землю. Майор бережно его поддержал и, облегчив карманы, быстро затерялся среди фланировавших без особого успеха профураток.
Потолкавшись еще немного без всякого понта, он двинул по направлению к морю а вскоре, сам того особо не желая, оказался в блудилище . В зале было пусто: шлюхи еще давили харю после работы в ночь, только какая-то тощая шикица — наследие проклятого царизма — умножалась, как видно, на халяву холодной цыпой на крайнем столе. Майор хмуро глянул на ее худые градусники и, отогнув занавесь, прошел в соседнюю, похожую на трюм комнату. Несмотря на раннее время, там уже катали. Были кое-кто из своих — Сенька Чиж, Витька Косой да Жора Француз, а кроме них присутствовал еще какой-то с виду фраер захарчеванный , и что-то он Сарычеву не понравился страшно.
— Талан на Майдан , — поздоровался он с присутствующими и, бросив пачку финашек на стол, небрежно спросил: — Катанем без кляуз?
— Третями, — предложил незнакомец и вполне профессионально «сделал сменку» — незаметно, как ему самому казалось, подменил колоду, а майор это дело срисовал, но, виду не подав, пожелал удачи: — С мухой.
Как только съянцы попали в его щипальцы , Сарычев сразу въехал в тему: игра шла «на шур» — пометки на картах отчетливо прощупывались руками, — и, бросив карты на стол, он процедил мрачно:
— Стиры коцаные.
Одновременно майор потянулся к пивной бутылке, и, заметив это, мутный , оказавшийся вроде бы не фраером вовсе, оперативно дернул внушительных размеров перо.
По тому, как оно лежало в его пальцах, было видно, что он совсем не лох, и Сарычев, понтуясь, слызил :
— Лады, корешок, не бери в голову. Воткни перо туда» где оно торчало — При этом он показал зубы, и, посчитав оскал за улыбку, обладатель пера свой клинок опустил, а Сарычев ласково продолжил:
— Ежели хотел бы я тебя расписать, то сделал бы это вот как.
С этими словами, ударив бутылкой о край стола, майор сделал из нее «розочку» и смачно вонзил ее мутному супостату в вывеску. Для порядка смазал еще по кумполу и, промолвив:
— Это тебе, сука, печать королевская на память, — цвиркнул с презрением и… проснулся.
Было три часа ночи, однако убедившись, что уснуть больше не удастся, майор пошел на кухню ставить чайник. Чувствовал он себя как-то странно — голова была непривычно ясной, а тело легким, казалось, что он еще не проснулся. Сарычев зажег газ, налил в чайник воды и внезапно увидел себя со стороны. Было такое ощущение, будто, открыв какую-то дверцу, он вышел из своего тела и теперь находится там, где цвета можно слышать, а звуки переливаются волшебством красок. Это продолжалось всего мгновенье, но руки у майора задрожали. «Так, уже вольты пошли». — Опустившись на табуретку, он призадумался. СПИД СПИДом, но голова-то здесь при чем? Сны эти непонятные,