Библиотека

Промысел Господень: Летописи крови стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема
на какой высоте нашла его судьба, решившая руками вещих старух-парок надрезать золотую нить, или руками старух-норн надломить ветвь ясеня, или… а впрочем, падающему такого рода информация может быть только в тягость. Ведь далеко не секрет, что ощущение себя игрушкой в чьих-то руках есть удовольствие небольшое. И суть в целом не в том, что падение проистекает из прихоти. Найдется ли ум, способный рассудить здраво обо всех таинствах законов предрешений, свободный от ошибок провидцев и астрологов? Достаточно успокоить себя вычитанной из учебника формулой, в которой сплетаются воедино расстояния, соединенные сами с собой в порыве запретной страсти, ищущие, во сколько раз они меньше, ничтожнее и ниже тех плодов любви, что даны миру от плотностей и объемов, увеличенных на собственные сущности.Падение само по себе должно стать праздником для падающего, поскольку повторяет он путь тех немногих, именуемых в разных книгах по-разному. Но, освободив их истинные имена от налета жалких чернил, скажем лишь, что свет, исходящий от прежних, прошедших путь, затмевает собой блеск всех звезд на земле. И пусть мы даже примем то, что звезды суть души познавших веру, блеск их рядом с блеском ангелов — не более, чем коптящая лучина перед чумным пожаром.Падать дано было в узком колодце, стены которого расходились едва ли на то расстояние, которое позволило бы падающему хоть на полногтя оторвать руки, плотно прижатые к телу, от самого тела же. Серые камни источали сырой смрад, протягивали к падающему липкие ручонки водорослей, проросших на стыках. В обоих концах колодца отплясывала срамные танцы темнота цвета пережаренных зерен. Падение могло длиться вечность, но вряд ли пространство, принявшее в себя подверженное старению тело падающего (не путать с падшим, как указывающим на завершение процесса), могло равняться на такую длительность во времени. Ограничение такое неизбежно вытекало из того, что пространство, понятное сознанию падающего, есть единение трех устремляющихся от общего центра осей, сводящих всю совокупность микрохаосов каждой отдельной молекулы в макроединство координатной системы отсчета, началом которой принят ноль, символизирующий круг, где конец одновременно является началом, пусть и запоздавшим на некоторое количество лет. Что это? Сон? Наваждение? Выкинуть все мысли прочь, как выгоняет сытый хозяин корчмы заплутавшего в лесу бедняка, которому и бояться-то нечего, кроме как за собственную шкуру, и в лучшие времена ни гроша не стоящую. Кружится в воздухе запах крови, подземелья и горящих свечей. Чу, заваливается на бок маховик огромного механизма, вот-вот готовый раздавить червячка под своим зубом. Каждое последующее падение на сотни, а где и тысячи мелочей разнится от каждого предыдущего. При этом взгляд не осторожный и не искушенный в тонкостях, коим тоже счет потерян, и искать его занятие столь же бесполезное, сколько очки для слепого, даже миллионной части различий постичь не в состоянии. И только остается ему качаться в колыбели неведения, думая, что все падения одинаковы, будто бы они ровно капли воды в целом океане. Природа же каждого падения уникальна, и уникальность эта, будучи взята как свойство отдельного акта движения из точки верхней в точку нижнюю, составляет вместе с такими же, как она, уникальностями одну общую неповторимость, присущую только пространству или же настолько упорядоченному, что ни одна альтернатива не использует более одной вероятности родиться, плавно заполняя
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.