Пропащий стр. 3
мы с Кеном ходили в начальную школу. Здесь, между домами, была проложена асфальтовая дорожка, позволявшая сократить путь. Обычно мама, которую все, даже дети, привыкли называть Солнышком, незаметно провожала нас. Мы с Кеном демонстративно закатывали глаза, увидев ее силуэт за деревьями. Меня такая опека страшно смущала, а Кен лишь пожимал плечами. Он вообще относился ко всему куда проще.
Мой брат…
У меня защемило сердце.
Здесь уже трудно было остаться незамеченным. Звонки велосипедов, крики футболистов, даже поливальные установки и газонокосилки – все, казалось, затихало, когда я проходил мимо. Некоторые таращились просто из любопытства: жарким летним вечером человек в темном костюме сам по себе выглядит достаточно странно. Но большинство – если только мне это не мерещилось – смотрели с ужасом, не в силах поверить, что я осмелился появиться в этих местах.
Вот и дом номер 97 по Коддингтон-Террас. Я остановился, засунув руки в карманы. Ну и что дальше, зачем я здесь? В окне гостиной отодвинулась занавеска и показалось изможденное вытянутое лицо миссис Миллер. Она взглянула на меня широко раскрытыми глазами. Я не отвернулся и продолжал стоять. Миссис Миллер смотрела еще некоторое время, а затем, к моему удивлению, лицо ее смягчилось. Казалось, общая боль каким-то образом сблизила нас. Миссис Миллер кивнула. Я кивнул в ответ, с трудом подавляя подступившие слезы.
* * *Вы, скорее всего, знаете эту историю – ее не обошла вниманием ни одна бульварная газетенка. Для тех, кто не в курсе, вот официальная информация: одиннадцать лет назад, 17 октября, в поселке Ливингстон, штат Нью-Джерси, мой брат Кен Клайн, которому тогда было двадцать четыре года, жестоко изнасиловал и задушил нашу соседку Джули Миллер.
В подвале ее собственного дома. Дома номер 97 по Коддингтон-Террас.
Точнее, там нашли тело. Следствие так и не установило – убили ее прямо там, в подземном бункере с голыми стенами, или труп принесли потом, спрятав за старой кушеткой, покрытой грязным полосатым матрасом. Первый вариант все же вероятнее. А мой брат избежал ареста и пустился в бега – опять же как гласит официальный отчет.
Объявленный в международный розыск, Кен скрывался в течение последних одиннадцати лет. Однако сведения о нем все же появлялись. Время от времени.
Первое сообщение пришло примерно через год после убийства. Из маленькой рыбацкой деревушки в северной Швеции. Интерпол послал туда агентов, но брату удалось ускользнуть. Возможно, его предупредили. Не знаю, правда, кто и каким образом.
Во второй раз его видели уже через четыре года, в Барселоне. По утверждению газетчиков, Кен снимал «особняк с видом на океан» (хотя
всем известно, что Барселона стоит не на океанском побережье), где жил со «стройной темноволосой женщиной, предположительно танцовщицей из школы фламенко». Один из жителей Ливингстона, приехавший в Барселону отдохнуть, якобы видел, как Кен обедал со своей испанской любовницей. В кафе на пляже. Выглядел мой брат неплохо, сильно загорел и носил белую рубашку с открытым воротом и мокасины на босу ногу. Его видел Рик Горовиц. Он учился вместе со мной в четвертом классе. Помню, на протяжении трех месяцев Рик развлекал нас тем, что поедал на переменах гусениц.
В Барселоне Кену также удалось ускользнуть от цепких когтей закона.
В последний раз его заметили