Пропавшие девочки стр. 130
– Готово. – Тетя Джекки кладет руку поверх последней картонной коробки, набитой под завязку, так что скотч едва не лопается, словно ремень поверх жира. На боку большими черными буквами написано «благотворительность». Она выпрямляется, отбрасывая внутренней стороной запястья волосы с лица. – Так намного лучше, правда?
Комната Дары (бывшая комната Дары) стала неузнаваемой. Я несколько лет не видела пол таким чистым. Раньше он всегда был засыпан толстым слоем мусора и одежды, а сейчас он тщательно вымыт и пахнет хвоей. Старый коврик свернут и убран в мешок вместе с грязными джинсовыми рубашками, рваными сандалиями и старым бельем. Леопардовый плед, который Дара купила на собственные деньги, после того как мама отказалась его купить, мы заменили на симпатичное покрывало в цветочек, которое тетя Джекки нашла в бельевом шкафу. Мы упаковали всю одежду Дары, чтобы передать ее на благотворительность. Множество пустых вешалок поскрипывают в ее шкафу, словно по ним пробегает невидимая рука.
Тетя Джекки стискивает меня в объятиях:
– Ты в порядке?
Я киваю, не в состоянии говорить. Я толком не понимаю, кто я теперь. Тетя Джекки предложила все упаковать сама, но доктор Личми посчитал, что мне будет полезно принять в этом участие. Кроме того, я хотела посмотреть, что могу сохранить для себя. Доктор Личми дал мне обувную коробку и велел ее наполнить. Три дня ушло на разбор вещей Дары. Сначала мне хотелось оставить все: пожеванные ручки, контактные линзы, сломанные солнечные очки. Все, к чему она прикасалась, что она любила, что ей принадлежало. Я наполнила коробку за десять минут, а потом все выбросила и начала заново.
В конце концов я взяла только две вещи: ее дневник и маленькую золотую подвеску в виде подковы, которую она любила надевать по особым случаям. Как она говорила, «на удачу».
В открытое окно врывается сентябрьский ветер. Этот месяц пахнет тетрадками и карандашами, осенними листьями и машинным маслом. Он пахнет движением вперед, развитием. На этой неделе отец съезжается с Шерил, а у меня завтра обязательная встреча с Эвери, ее дочерью. Мама в Калифорнии, навещает старую подругу и пьет вино. Паркер в Нью-Йорке. Должно быть, поздно ложится, тусуется с новыми друзьями и встречается с симпатичными девчонками, а про меня совсем забыл. Мэдлин Сноу перешла в четвертый класс. Сара говорит, ее обожает вся школа. ФэнЛэнд закрывается на зиму.
И только со мной ничего не происходит.
– Теперь осталось только одно… – Тетя Джекки извлекает из своей сумки нечто похожее на спутанные волосы и тяжелую серебристую зажигалку. Она поджигает комок.
– Шалфей, – объясняет тетя, помахивая горящими веточками и медленно двигаясь по кругу. – Он очищает.
Я задерживаю дыхание, чтобы не раскашляться, чувствую одновременно желание плакать и смеяться. Интересно, что сказала бы Дара обо всем этом? «Ок, пусть сожжет свои водоросли, и закончим уже с этим». Но тетя выглядит такой серьезной, такой напряженной, что я не могу заставить себя что-то сказать.
Наконец она заканчивает обходить комнату и выбрасывает обгоревшие веточки в окно, осыпав немного пепла на решетки плетистой розы.
– Готово, – говорит она, улыбаясь, но в уголках ее глаз грусть.
– Да, – отвечаю я, обнимая себя руками, и пытаюсь