Прощай ХХ век (Память сердца) стр. 9
и нескольких лет, как он стал заведующим одного из хирургических отделений клиники. Он стал известным и уважаемым в городе хирургом, на его операции ходили смотреть и учиться студенты мединститута.
Полина и Саша поженились, когда я училась в Ленинграде на первом курсе аспирантуры. Это было в январе 1972 года, когда даже в Ленинграде зима стояла какая-то особенно холодная, снежная и ветреная, а уж Архангельск встретил меня арктическим холодом и темнотой. Брат просил меня привезти на свадьбу букет белых кал. Как я ни укутывала цветы, как ни берегла, они все равно замерзли, и в Архангельск вместе со мной прилетели белые ледышки, в помещении превратившиеся в бесформенную кучку увядшей травы. Свадьбу сыграли студенческую, небогатую, но шумную, хмельную и веселую, как и положено. В том же году Сашу забрали служить на северный флот, а Полина родила их единственную дочку, Наташу.
Наташа родилась в Вологде и первый год жизни провела здесь же с моими и Сашиными родителями, а потом ее каждое лето отправляли к нам, потому что Вологда по сравнению с Архангельском — все равно, что Сочи. Бабушка каждый день возила ее с собой на дачу за деревней Баранково, где ребенок познавал жизнь и учился любви к природе. Наташа как будто вобрала в себя всю
энергию, которая заключалась в ее деятельных родителях, она ни минуты не сидела на месте, ее нельзя было остановить, на улице ей всегда нужно было все и сразу! Никогда не забуду, как мне приходилось ловить ее двухлетнюю за подол платьица посреди улицы, когда она внезапно бросалась на другую от тротуара сторону, увидев там что-то интересное. Какого страха натерпелась я однажды, когда мы пришли с ней на детский пляж у Соборной горки и стали раздеваться вверху подальше от воды и от греха. Не успела я снять юбку, как Наташка рванула в воду. От неожиданности я притормозила, и какое-то мгновение смотрела, как она летит сверху вниз и скрывается под водой. Дальше уже летела я, вытаскивала ее и вытряхивала из нее воду, которую она успела хлебнуть. Как все дети Андреевы, она рано научилась говорить и трещала без умолку, восхищаясь всем, что ее окружало. Умная, смышленая, любопытная, она кричала на весь автобус, везший их с бабушкой на дачу: «Бабуска, смотри. Корова! Живая!» Не считая собак и кошек, первых настоящих животных она увидела в Вологде. Или, в автобусе же, громко заявляла: «Бабушка у меня никого нет. Ну, роди мне хоть котеночка!» На что бабушка к всеобщему удовольствию сурово отвечала: «Пусть тебе твои родители котят рожают!»
Наташа унаследовала от папы и мамы красоту, здоровое честолюбие, огромную трудоспособность, желание учиться и хорошо жить. Она отлично училась в школе, в аспирантуре, на курсах иностранных языков, всегда была впереди всех в работе и на отдыхе, верховодила в любой компании.
Саша получил трехкомнатную квартиру, и они зажили так, как мечтали — в достатке, окруженные многочисленными друзьями и почитаемые людьми, которых вылечили или спасли от смерти. Пока все было хорошо.
В старом доме в Грязовце мы, наверное, прожили около года. Однажды зимней ночью недалеко от нас горел дом. Мы бегали смотреть на пожар. Было очень холодно и темно, и дом быстро и