Просто вдвоем стр. 115
героя. Эти места были заняты.
ЛукасКак я и ожидал, Жаклин прислала письмо, в котором просила помочь ей разобраться в пропущенном материале. Еще она поблагодарила меня за расшифровку инструкций доктора Хеллера, местами совершенно неудобоваримых. Аспиранты понимали его хорошо, но ему не всегда удавалось объясняться со студентами на доступном им языке. Для этого он нуждался во мне.
Ответив, что моя специальность не экономика (об этом Жаклин спрашивала в прошлый раз), я прикрепил к письму материалы пропущенных семинаров и в конце спросил, как ее ученики выступили на региональном конкурсе. Потом добавил: «А твой парень наверняка идиот» – и нажал «отправить».
На кой черт я это сделал? Я не имел права говорить или, тем более, писать такое студенту о студенте. Даже если это правда.
Но в следующем письме Жаклин, слава богу, оставила мою бестактность без комментариев, и я облегченно вздохнул. Похоже, она искренне считала, будто мне было в тягость ей помогать. Мне захотелось убедить ее в обратном. У меня уже давно перехватывало дыхание, когда я ждал, что во входящих снова высветится «Жаклин Уоллес» или она сама войдет в аудиторию. Она была не обузой, а совсем наоборот. Все мои сны и желания вращались вокруг нее.
В письме Джеки рассказала про двух своих учеников, которые по очереди отвели ее в сторонку и спросили, кто у нее любимчик. Я громко рассмеялся, когда прочел ее ответ (она обоим сказала: «Конечно ты!») и приписку: «Это было очень неправильно, да?»
Я вернулся к вопросным листам, которые она заполнила, и указал кое-какие неточности, а после признался, что, будь мне четырнадцать, я бы до потери пульса влюбился в студентку, которая играет на контрабасе. Закрыв глаза, я представил себе девушку вроде нее рядом со мной четырнадцатилетним – безнадежным щенком, которого только заметь, и он уже втрескается по уши.
К письму я зачем-то добавил: «Если тебе интересно, моя любимая ученица – ты».
Со стороны ассистента это был совершенно недопустимый флирт, но я на все наплевал – до того мне хотелось, чтобы Лэндон завоевал симпатию Жаклин. Тогда, узнав, кто я такой, она простила бы меня за участие в злополучных ночных событиях.
План был обречен на провал. Но я все-таки влез в эту авантюру и остановиться уже не мог.
* * *В пятницу вечером служащие «Старбакса» маялись от безделья. Уже десять минут к нам вообще никто не заходил. Мы торчали за стойкой вдвоем. Будь моей напарницей Гвен, я согласился бы в сотый раз выслушать про ее ребенка (как он ползает, как у
него болит животик, как режутся зубки и т. д.) – лишь бы не заснуть. Но я работал с Ив, а она, не выпуская из рук телефона, утрясала свои планы на уик-энд. Поэтому ничто не отвлекало меня от размышлений над дилеммой Жаклин Уоллес.
Наконец появились две увлеченные беседой посетительницы. В одной из них, рыженькой, я узнал подружку Жаклин, которая была с ней в понедельник, но обняла и убежала, не дождавшись очереди.
На девушках были футболки с греческими буквами, из чего я заключил, что передо мной – члены женского студенческого союза. В принципе, Джеки тоже могла оказаться одной из «сестричек» (раз встречалась с «братишкой» и была