Просто вдвоем стр. 134
не отличишь от дочери. Я поперхнулся молоком, и оно пошло носом.
* * *Мои родители познакомились с Хеллерами в Университете Дьюка. Папа и Чарльз уже писали диссертации по экономике, и от мамы с Синди, которые были еще студентками и близко дружили, их отделял целый мир. Они бы не познакомились со своими будущими женами, не захоти мама посмотреть на молодых экономистов, которых собрал у себя ее отец – профессор, известный ученый, член диссертационного совета, где должны были защищаться папа с Чарльзом.
Я впервые услышал эту историю лет в восемь или девять, но зацепила она меня, только когда я сам влюбился – в Есению. Это было в восьмом классе. Тема любви и судьбы неожиданно стала вызывать у меня живейший интерес.
– Я увидела папу из окна своей комнаты и подумала: «Какой милый!» – сказала мама и рассмеялась, увидев, как я закатил глаза. Я не мог представить, что мой отец когда-то кому-то казался милым. – Мне надоели снобы-художники, с которыми я встречалась раньше. И я подумала, что, может быть, мне больше подойдет кто-нибудь похожий на твоего дедушку. Он всегда с уважением относился к моему мнению, никогда не забывал, что у меня есть собственные мозги. И наверное, он ужасно меня испортил. Но все его студенты, которых я знала, были такие зануды и такие неуклюжие! Твой папа очень от них отличался. Я решила привлечь к себе его внимание, чтобы он со мной заговорил. А дальше, конечно же, без памяти влюбился и предложил встречаться. – Из-за приятных воспоминаний от маминых глаз разбежались лучики. – Я перемерила с десяток нарядов, прежде чем выбрала, что надеть. А потом эффектно сошла по лестнице и непринужденно продефилировала через гостиную на кухню. Мой маленький план сработал, потому что тогда я действительно была очень хорошенькая.
Теперь настала моя очередь смеяться. Я знал: моя мама красавица. Иногда я замечал, как отец смотрел на нее и словно не верил, что она жила в его доме и хозяйничала на его кухне. Он как будто думал, что она ненастоящая. Но она была настоящей и принадлежала ему.
– Он пошел за мной, – продолжала мама, – чтобы налить себе чаю со льдом.
Отца ни за какие деньги нельзя было заставить пить чай со льдом. Поймав мой озадаченный взгляд, мама кивнула:
– Я только позднее узнала, что это его самый нелюбимый напиток. Он наклонился над столешницей и стал смотреть, как я делаю бутерброд, а потом наконец спросил: «Так вы дочь доктора Лукаса?» Я состряпала непроницаемую мину и ответила: «Нет. Просто зашла с улицы, чтобы сделать себе сэндвич». Тут я хотела усмехнуться, но, как только подняла взгляд, у меня перехватило дыхание. Я никогда еще не видела таких прекрасных глаз.
Этот комплимент я мог принять и на свой счет, потому что глаза у нас с папой были одинаковые: светло-серые, как дождь. Еще я унаследовал от отца рост, аналитический склад ума и способность наглухо замыкаться в себе. Но всего этого я тогда еще не знал.
– Потом в комнату вошел Чарльз. Твой папа сердито зыркнул на него, но он только осклабился и сказал: «Вы, должно быть, дочь доктора Лукаса! Я Чарльз Хеллер, один из его многочисленных последователей». Кто-то из