Библиотека

Просто вдвоем стр. 183

Размер шрифта
-
+
Тема

упокоить ее, ласково к ней прикоснуться. Но вместо этого почему-то сказал, что если ей не хочется позировать, то можно все отменить. Теперь она должна была с облегчением выдохнуть и ответить: «Да, зря мы это затеяли». Отчасти я даже надеялся, что так и будет: тогда мне пришлось бы затормозить и я, возможно, удержался бы от грубейшей ошибки, совершив которую нарушил бы массу принципов и правил.

Без отпора мне было не остановиться. Во всяком случае, сейчас, когда в голове не было ничего, кроме желания придвигаться к ней ближе и ближе.

– Мне хочется, – сказала она.

При этом поза ее осталась напряженной: руки и ноги гнулись в суставах, но казались деревянными, как у человечков, которых я набрасывал. Ответ Жаклин не соответствовал тому, как она держалась, и я не знал, чему верить – словам или телу.

– Какая поза была бы для тебя удобнее? – спросил я, и она покраснела еще гуще.

Я закусил губу, отошел на другой конец комнаты и плюхнулся на пол возле единственного свободного участка стены. Раскрыл блокнот, положил его на колени и сделал медленный вдох через нос, проклиная себя за злополучную эсэмэску. Хотя мое предложение нарисовать Жаклин и не было хитростью, пребывание в тесном помещении наедине с ней не сулило ничего хорошего. Меня вдруг словно огрели по голове: я понял, что еще никогда не испытывал такого сильного влечения. Оно усиливалось от недели к неделе, а я игнорировал его, поскольку у нее был парень, а сама она была моей студенткой и выглядела невероятной, несбыточной мечтой.

Потом произошло то, что произошло. События той ночи наверняка повергли ее в шок, но я не допустил худшего. Мои пальцы сжали карандаш. Я не мог позволить себе спасти девушку, а потом взять в награду и при этом лгать ей, потому что иначе она не станет моей.

Но ведь и у нее имелись на мой счет кое-какие тайные планы, верно? Я мог дать ей то, чего она от меня хотела.

Я попросил ее лечь на живот лицом ко мне. Она подчинилась.

– Так?

Я кивнул, и у меня закружилась голова. Черт, что же я с собой сделал! Желание прикоснуться к ней стало нестерпимым.

Я отбросил карандаш с блокнотом и поднялся на колени, сокращая расстояние между нами. Она не шелохнулась, а когда я провел пальцами по ее волосам, опустила веки. Укладывая прядь так, чтобы она не закрывала щеку, я заметил чуть ниже подбородка крошечную веснушку и с трудом заставил себя убрать руку, не дотронувшись до нее. Жаклин открыла глаза, и я спросил себя, не заметила ли она бурю, которая разыгралась у меня под кожей и в черепной коробке.

Пока я работал, мы оба молчали. Я знал, что она наблюдала за мной, хотя не видела рисунка. Через несколько минут ее глаза снова закрылись. Я закончил набросок и не знал, как быть. Опять встал на колени, подполз к кровати, сел на пятки и стал смотреть. Бесшумное дыхание Жаклин было спокойным и ровным. Я отложил карандаш с блокнотом и подавил желание прикоснуться.

– Засыпаешь? – наконец прошептал я.

– Нет, – сказала она, открыв глаза.

Я знал, что она ошибается, но спорить не стал. Она спросила, готов ли набросок,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.