Простым канцелярским шилом стр. 41
потом выпросить еще один день на венчание с Филипсом, показалась ему в высшей степени патетической. Однако единственное, что он мог сделать в сложившейся ситуации, — это постараться скрыть от мисс Браун тот факт, что она стала невольным объектом его глубочайшей симпатии. Чуть подумав, он пожал плечами и как можно безразличнее сказал:
— Что ж, в таком случае лично я не вижу особых причин настаивать на вашем присутствии в офисе начиная с этой минуты. Нет, не надо мне говорить, что еще далеко не полдень, прошу вас. У нас нет ничего срочного, что не могло бы подождать до вашего возвращения.
— Да, но я должна проиндексировать меморандумы Совета по торговле о колониальных преференциях и, кроме того… — неуверенно начала мисс Браун, однако Петигрю не дал ей договорить:
— Дорогая моя, если бы мои слова не могли быть превратно истолкованы, я бы с превеликим удовольствием сказал: «Плевать мне на все эти меморандумы Совета по торговле!» Так что вперед, отправляйтесь по своим делам. Запаситесь сандвичами в кафе на Бридж-стрит и придите на станцию пораньше. Тогда вам, может быть, удастся занять сидячее место, если, конечно, головорезы из министерства контрактов полностью не заняли их в Гринлейке.
Освободившись на целых три дня от своей секретарши с гораздо большим чувством облегчения, чем того можно было ожидать, Петигрю не без удовольствия открыл досье компании «Бленкинсоп» и с головой погрузился в спокойное, неторопливое чтение содержащихся там секретных материалов.
В целом отсутствие мисс Браун прошло вроде даже как бы незаметно. Петигрю только раз пошел на рискованный эксперимент часа на два попросить для себя стенографистку, коей оказалась молоденькая девица с красивым смышленым личиком. Кем и откуда это дивное явление было, неизвестно, но она напомнила ему о некоем довольно неприятном инциденте в прошлом, который упорно сидел где-то на задворках его памяти. Он, сам того не желая, вспомнил о нем, как только она, закончив работу, вышла из его кабинета,
поскольку за дверью сразу послышался вульгарный, самоуверенный голос Рикеби, обвиняющего девушку в том, что ему пришлось «десять минут, целых десять минут» ждать ее в коридоре!
Какая наглость! Делать его обитель, уединенностью и элитностью которой он так гордился, местом для свидания недоумков! Это уж слишком… Петигрю немедленно отказался от любой мысли о замене мисс Браун кем-либо еще и решил на время удовольствоваться складыванием бумаг в отдельную стопку, которую она расшифрует и распечатает по приезде. Телефон доставлял ему куда меньше проблем: на любой, по его мнению, не самый желанный звонок он, стараясь подражать автоответчику, механическим голосом произносил: «Простите, но секретаря мистера Петигрю сейчас нет на месте. Если хотите, можете оставить для него сообщение. Всего доброго». Кстати, он с удовлетворением отметил, что мало кто из звонивших захотел доверить свою информацию некому безликому помощнику.
Жизнь в Фернли тоже, казалось, на время стала явно более цивилизованной. В четверг вечером Вуд ужинал где то в ресторане со своими друзьями, и это наглядно продемонстрировало всем, что в отсутствие главного создателя «заговора» интерес к нему заметно угас. Несколько позднее, ближе к концу ужина, Эдельман, которого, по его собственным словам, туда просто «заманили», развлек всех своими остроумными и, мягко говоря, на редкость ядовитыми нападками на все широко обсуждаемые социальные