Библиотека

Противостояние.Том I стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

целом не пострадал? Не авторская ли то прихоть? Хочется верить, что такой вопрос неправомерен, но если он оправдан, тогда я потратил большую часть своей жизни впустую. Убежден, что урезанный, смонтированный вариант по-настоящему хорошего произведения всегда значительно уступает полному повествованию. В противном случае нижеследующий рассказ можно считать вполне приемлемой версией известной сказки «Гензель и Гретель».

Гензель и Гретель имели доброго отца и добрую мать. Но их добрая мать умерла, и отец женился на форменной суке. Сука решила избавиться от детей, чтобы тратить все деньги только на себя. Она изводила своего слабохарактерного и недалекого муженька требованиями отвести Гензеля и Гретель в лес и убить их. Однако в последний момент отец сжалился над детьми и оставил их в живых, заменив быструю и милосердную смерть от лезвия ножа на мучительную, голодную смерть в лесу. Блуждая по чаще, дети набрели на леденцовый домик, который принадлежал ведьме-людоедке. Она посадила их под замок и сказала, что, когда они станут жирными и вкусными, она их съест. Но дети перехитрили ведьму. Гензель засунул ее в ее же собственную печь. Дети отыскали ведьмины сокровища, а заодно, вероятно, и карту местности, ибо в итоге они благополучно вернулись домой. Тогда их папочка прогнал свою суку жену прочь, и они зажили счастливо. Конец.

Не знаю, кто как, я же воспринимаю эту версию как верную неудачу. Вроде бы содержание изложено полностью, но рассказ потерял свою прелесть и изысканность, как «кадиллак», с которого содрали весь хром и соскоблили краску до блеклого металла. Он все еще ездит, но, как видите, полностью утратил былое великолепие.

Я не стал восстанавливать все четыре сотни изъятых когда-то страниц: одно дело — писать текст сразу, другое — просто вставлять извлеченные куски на место. Кое-что из того, что при сокращении рукописи упало на пол цеха раскроя, заслуживало такой участи, пусть там и остается. Другие фрагменты, например стычки между Фрэнни и ее матерью в первых главах романа, придают ему ту живость и глубину, которые мне как читателю всегда доставляют огромное удовольствие. Вернемся ненадолго к сказке «Гензель и Гретель». Может быть, вы вспомните, что жестокая мачеха требует от своего мужа принести ей сердца детей как доказательство того, что злополучный дровосек выполнил ее приказ. Дровосек проявляет, однако, слабые признаки разума, догадавшись показать ей сердца двух кроликов. Или взять знаменитый эпизод, когда Гензель помечает свой путь кусочками хлеба, чтобы по этому следу найти обратную дорогу. Смышленый парень! Но когда он попытался вернуться, оказалось, что птицы все склевали. Ни один из этих фрагментов ничего существенного к основному

сюжету не добавляет, но именно они являются великими, магическими составляющими всего повествования. Благодаря им скучная история превращается в волшебную сказку, которая ужасает и завораживает читателей вот уже больше века.

Хоть и подозреваю, что ни одно из внесенных мной дополнений не может сравниться с дорожкой из хлебных крошек, я всегда сожалел, что никто, кроме меня и нескольких сотрудников издательства «Даблдей», так и не узнал о маньяке, называвшем себя просто Малыш, как и о том, что случилось с ним за пределами туннеля, находящегося на расстоянии в полконтинента от другого туннеля — туннеля Линкольна в Нью-Йорке, через который пробираются два других персонажа в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.