Библиотека

Прыжок в ледяное отчаяние стр. 27

Размер шрифта
-
+
Тема

нет конфетки?

— Господи, какой еще конфетки? Да что ж это такое-то?! — будто сквозь ватный тампон услышал Загорайло, после чего абсолютно оглох и ослеп.

…На сумрачном потолке плавало голубое пятно. Влад приподнялся — с груди соскользнул шерстяной плед. У широкой кровати, на которой он лежал, стоял синий ночник, пускающий вверх бледный луч. В комнату кто-то стремительно вошел, включил яркое бра над головой. Это оказалась свидетельница Юрасова — в узком свитере и джинсах, со стянутыми в пучок темными волосами. Глазищи под очками смотрели испуганно.

«За одну ее оливковую кожу жизнь отдашь», — подумал Загорайло и в бессилии откинулся на подушку.

Следом за Наташей в комнату вошла женщина средних лет — необычайно похожая на Юрасову, только с короткой стрижкой.

— Мам, он снова в обмороке? — зашептала и, кажется, чуть не заплакала свидетельница.

— Да нет. Просто слабость сильная. Как вы себя чувствуете? — Женщина присела около Влада и стала проверять у него пульс.

— Я, простите, где? — спросил Загорайло придушенным голоском, который сам не узнал.

— Вы в надежных руках. У Юрасовой Натальи Семеновны, биохимика, и ее мамы — Ангелины Ивановны, врача-эндокринолога. А что, совсем не помните, как «скорая» уезжала, как поднимались к нам наверх? — Мама-эндокринолог кольнула чем-то палец Влада и поднесла глюкометр к глазам.

— Смутно, — вздохнул Влад.

— Плохо, — в тон ему ответила Ангелина Ивановна. — И давно у вас сахар обваливается? Или вы законченный диабетик?

— Обваливается недавно. И я вроде не диабетик.

— С диетами, что ли, экспериментируете? — Дотошная врачиха вооружилась тонометром, который подала дочь. Загорайло увидел расстроенное донельзя Наташино лицо и твердо решил стать диабетиком, чтобы она жалела его непрестанно.

— Да нет. С печенью проблемы. Неудачная операция. — Влад с опаской смотрел на свою пережатую рукавом тонометра руку.

Ангелина Ивановна примолкла, изучая экранчик аппарата. Удовлетворившись цифрами, кивнула.

— И что? Про запас сахара с собой, про глюкометр никто не рассказывал из врачей?

— Еду забыл. Дома на столе. Глюкометр еще не приобрел.

Боже мой! — Влад вдруг резко сел, и на лбу его тут же показалась испарина. — Мне срочно нужно позвонить домой!

Юрасова-старшая широко улыбнулась — как ни похожа она была на дочь, но Наташиным шармом все же не обладала.

— С мамой вашей мы уже пообщались. Успокоили ее и сказали, что приютим вас на ночь.

— Вы извините, Влад, — вступила Юрасова-младшая, краснея, — но телефон так надрывался в вашем пальто, что я осмелилась ответить.

— Спасибо, Наташа. Спасибо за все! Простите, что так обременил вас, страшно неудобно. И… мне надо ехать. Как я вот тут… и родители. Да и работа! — Влад конфузливо спустил ноги на ковер, попытался пригладить вздыбившиеся волосы.

— Наташенька, а вот уговаривать этого безответственного безумца ты уж будешь в одиночестве. Я пошла плов греть. Вам, Владислав, нужно поесть. Приказ лечащего врача! — И эндокринолог покинула комнату.

Наташа села на кровать рядом с Владом. Так близко, что он почувствовал сладковатый запах, исходящий от ее гладких волос. Она внимательно и строго смотрела на Влада. Он отвел глаза.

— Я позвоню маме, если позволите, а есть — ну честное слово — не хочу. Совсем! — Сыщик покосился на Наташу, как на непреклонную воспитательницу. — Мне бы все же домой.

— Вы знаете, что уже одиннадцатый час? И начинается пурга? И вам не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.