Прыжок в ледяное отчаяние стр. 62
превеликим удовольствием».
— Вот тебе, Какашка паскудная! — вслух сказал Мячиков, заставив мамашу с коляской рвануть от безумного мужика на другую сторону дороги.
Борис покрутил головой в поисках укромного уголка. Решительно направился от набережной и розовых домов в сторону заброшенных пятиэтажек. Небольшой грязный дворик-колодец нашелся быстро. Мячиков устроился на лавочке у замусоренной детской площадки — слава Богу, безлюдной. Опытной рукой, орудующей ключами от квартиры, как открывалкой, Борис сорвал пробку и сделал первый глоток. От блаженства и тепла, разошедшегося по телу, застонал. Еще глоток, еще… Много ли надо алкашу? Четыре больших глотка сморили Мячикова. Он, накренившись вперед, обхватив себя руками, забылся безмятежным сном. Ни шагов сзади, ни шуршания куртки не слышал экстрасенс. Лишь дикая боль в шее, под темечком обожгла, заставила вскинуться и коротко вскрикнуть. Гаснущее сознание зацепило резкий визг шин, какой-то хлопок и… Мячиков оторвался от лавочки, подхваченный легионом «товарищей», которые безбоязненно лобзали, тянули, терзали его. Ни закрыть глаз, ни отвернуться, ни крикнуть несчастный чародей не мог — тело его лежало в примороженной лужице с окурками. Мука вечного общения с бесами, привидевшаяся Борису на том проклятом балконе, стала чудовищной реальностью.
Выйдя из подъезда Михайловой, понурые сыщики не торопились распрощаться. Требовалось проанализировать, обсудить все произошедшее.
— Юлия, давайте зайдем к моей знакомой, она в соседнем доме живет. Там и чаем нас напоят, и поговорить мы спокойно сможем, — предложил Влад. — Впрочем, — замялся он, — в школе еще уроки могут быть. Она учительница.
И Загорайло отошел от Люши, набирая номер в телефоне.
Шатова с ехидством подумала: «Конечно, для мозгового штурма просто необходим чай с учительницей! Будто в машине нельзя все обсудить за пятнадцать минут. Ну хорошо, познакомимся с зазнобой. Интересно, она такая же экзотическая, как Влад?»
Зазноба оказалась дома.
— До трех можем эксплуатировать Наташино гостеприимство! — удовлетворенно произнес Влад, подходя к Люше в радостном возбуждении. — А потом у нее консультация в школе.
Дверь сыщикам открыла невысокая смуглая девушка.
Никакой экзотики: строгие очки, пучок, простой пуловер, подчеркивающий тонюсенькую талию. Наташа выглядела строго и одновременно искусительно. В ней Люша мгновенно увидела лоск, достоинство, а за доброжелательностью почувствовала ревнивую настороженность: ведь сыщица, бесспорно, была дамой, приятной во всех отношениях. Но щенячья влюбленность Загорайло в Юрасову, сквозившая в каждом взгляде и жесте, рассеивала все сомнения в возможном романтическом отношении к коллеге. Бросив в коридоре Люшу, стягивающую сапоги, «молодые», пересмеиваясь, отправились на кухню ставить чайник. Влад, похоже, чувствовал себя у Наташи как дома.
«Ну, все. Судьба господина оперативника решена. Вон как его смуглянка к рукам прибрала. Отличная пара! Отличная…» — вынесла свой вердикт проницательная дознавательша.
Когда чай был разлит по пестрым чашкам и гости с удовольствием взялись за бутерброды, хозяйка спросила у Влада:
— Ну что, как ты и думал, напрасно потерянное время?
— Строго говоря — да, — кивнул Загорайло и положил на бутерброд с сыром кусок колбасы.
— Я бы так не сказала, — заметила Люша, мелко прихлебывая обжигающий чай.
— С нетерпением жду вашего вердикта, Юлия Гавриловна, — кивнул опер сыщице с большим почтением.
— Более других подозрителен в этой истории Михайлов, — рубанула ручонкой Шатова. — Удивлены? — засмеялась она, глядя на недоуменное лицо Владислава.
— Знаете, что мы упустили с самого начала? Наследство! Кому смерь Виктории выгодна материально?
— Но… — вступила