Библиотека

Пурпурная Земля стр. 29

Размер шрифта
-
+
Тема

но скоро снова впадал в состояние полного отупения.

Однако на другой день, когда он, освеженный ночным сном, уселся за завтрак, я нашел его общество очень даже не лишенным приятности. Он пока что не имел собственного дома, поскольку, как он сообщил мне по секрету, не получил еще своих денег с родины, и вот так и жил – завтракал в одном доме, обедал во втором, а спал в третьем. «Не волнуйтесь, – говаривал он, – будет время, однажды настанет моя очередь; тогда я всех вас буду принимать у себя каждый день шесть недель подряд, и мы будем квиты».

Никто из колонистов не занимался никакой работой, все они проводили время в праздношатаниях и хождении в гости друг к другу, стараясь сделать свое вялое прозябание более-менее сносным с помощью непрерывного куренья и распития чая с ромом. Они пробовали, по их собственным рассказам, охотиться на страусов, ездить с визитами к местным жителям по соседству, забавляться стрельбой по куропаткам, скачками на лошадях и так далее; но стрелять куропаток было неинтересно – они ведь тут совсем не пуганные, страусов поймать не удалось ни разу, местные их не понимали, так что в итоге им пришлось отказаться от всех этих так называемых развлечений. В каждом доме был пеон, нанятый ходить за стадом и стряпать, а поскольку овцы, как оказалось, способны и сами о себе позаботиться, а стряпня сводилась к тому, что кусок мяса зажаривался на вертеле, то и наемному работнику делать было особенно нечего.

– А почему бы вам самим для себя все это не делать? – спросил я наивно.

– Полагаю, это было бы не совсем правильно, знаете ли, – сказал мистер Уинчкомб.

– Нет, – сказал Капитан с веской рассудительностью, – мы до такого все-таки еще не опустились.

Я был в совершенном изумлении, услышав эти откровения. Мне приходилось встречать в иных местах англичан, благоразумно смиряющихся с лишениями, но столь надменная спесь у этих десяти не просыхающих от рома джентльменов была чем-то для меня совершенно новым.

Проведя утро в совершенной праздности, я был приглашен присоединиться к компании в доме мистера Бингли, одного из Великолепной Четверки. Мистер Бингли был действительно очень красивый молодой человек, живший в доме, который куда больше заслуживал называться домом, чем неопрятное ранчо, которое снимал его сосед мистер Уинчкомб. Он был любимцем колонистов: денег у него было больше, чем у других, и он держал двух слуг. По «приемным дням» он всегда обеспечивал своих гостей горячим хлебом и свежим маслом, не говоря о непременной бутылке рома и о чае. Так что, когда подходила его очередь держать открытый дом, никто из остальных девяти колонистов не упускал случая появиться у него за столом.

Вскоре после нашего прибытия к Бингли начали появляться остальные; каждый, входя, занимал место за гостеприимно накрытым столом и добавлял новое облако к густой массе табачного дыма, заволакивающего комнату. Велись оживленнейшие разговоры, были петы песни, и огромные количества чая, рома, хлеба с маслом и табака были поглощены, но тоскливый это был прием, и, когда он подошел к концу, я почувствовал себя совсем больным от такого образа жизни.

Когда все уже собрались расходиться – и после того, как с великим энтузиазмом был спет «Джон Лушпайка», – кто-то выступил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.