Путешественник из ниоткуда стр. 133
запомните... Я никогда не сажусь играть с шулерами. Ясно?
Она бросила на стол карты, поднялась с места и подозвала меня:
– Подойдите-ка сюда... Посмотрите внимательно, прошу вас. Что-нибудь изменилось в комнате с тех пор, как вы бежали отсюда?
Я огляделся. Картины на стенах... Серебряный поднос, который вновь водрузили на столик... Занавески...
– По-моему, ничего.
– Ответ неверный, – коротко отозвалась Амалия. Подойдя к Пирогову, она шепнула ему на ухо несколько слов, и тот с удивлением взглянул на нее. Пробормотал: «Я сейчас же распоряжусь», – и вышел. А через минуту вернулся с несколькими агентами, которые несли тела Лиу и Фриды Келлер.
– Начните с китаянки, – велела Амалия и отвернулась.
Рубинштейн хотел что-то сказать, но умолк.
– Вот они! – возопил Пирогов.
Он выпрямился, возбужденно сверкая глазами и потрясая тоненькой пачечкой голубых листков, которую держал в руке. На лицо Рубинштейна в то мгновение было страшно смотреть. Глаза его как-то запали, превратившись в два провала, на молодом лице вдруг пролегли морщинки, рот сжался.
Амалия пожала плечами:
– Я так и знала. У него не было времени, чтобы подыскать бумагам новый надежный тайник. – Хм, спрятать важнейшие документы на трупе... Браво! Ведь никому и в голову не пришло его обыскивать.
Рубинштейн закусил губу. Агенты, закончившие сложнейшее дело, радостно улыбались, кое-кто уже поздравлял Пирогова. Тогда я подошел к Амалии и шепнул ей на ухо несколько слов.
– Уведите их! – крикнул Пирогов, указывая на Акробата и его хозяина. – Они мне больше не нужны.
Акробата вывели из комнаты, тела унесли. Амалия подошла к Пирогову и быстро просмотрела голубые листки один за другим, после чего обернулась ко мне.
– Да, вы правы, – сказала она внезапно потяжелевшим голосом и обратилась к агентам, которые готовились увести шулера: – Стойте! Мне надо задать ему один вопрос.
Пирогов в недоумении вздернул брови, но перечить не стал. Агенты отдали ему честь, почтительно поклонились Амалии и вышли за дверь. Теперь в комнате оставалось только четверо: я, баронесса, Пирогов и хозяин дома.
– Полагаю, вы уже узнали все, что хотели узнать, – пробормотал Рубинштейн, не глядя на Амалию.
– Ну, положим, не совсем, – с кошачьей вкрадчивостью ответила она. – Где настоящие чертежи, господин Рубинштейн?
ГЛАВА XL
– Что? – болезненно вскрикнул действительный статский советник.
– Бумаги, которые вы держите, – очень хорошая копия или, возможно, частично копия, частично настоящие чертежи, – пояснила Амалия, не сводя с шулера огненного взгляда. – Вероятнее второе, потому что Фрида Келлер тоже видела бумаги и сочла их подлинными. Однако господин Марсильяк заметил то, чего она не заметила.
– Здесь все уголки на месте, – волнуясь, сказал я и вслед за тем рассказал Пирогову, как мы с Амалией нашли обрывок чертежа в логове Васьки Столетова. А на листах, которые представил Рубинштейн, все уголки были на месте.
– Ну так что? – спросила Амалия, глядя на Рубинштейна. – Вы изготовили копию чертежей, тем более что сделать это легче легкого, и захотели их продать? Кому?
– Я тебя в тюрьме сгною! – взвыл Пирогов, теряя самообладание. – Где чертежи? Куда ты их дел?
– Не было никакой копии! – вспыхнул Рубинштейн. – Здесь все, что мне принес Альфред! Я не... – Он хотел еще что-то сказать, но замолчал. Я заметил, что,