Путешествие «Галеота» стр. 31
слоника бросил в карман, а записку внимательно прочел.
— Не зря я взял в экипаж Коссу. У него в каждом порту по десятку знакомых, — довольно хмыкнул капитан, — даже на этот случай он нашел для нас выход. Осталось только найти, где живет этот «лодочник».
Они долго кружили по городку. Не выходя на большие улицы, шли по переулкам, узким, как ущелье, тупикам. Прыгали через заборы и пробирались темными закрытыми двориками, чтобы в конце найти на окраине старый домик из ноздреватого ракушечника.
Старые рассохшиеся ставни были закрыты. А на двери, покрытой облупившейся синей краской, висел большой амбарный замок. Войд сплюнул и забарабанил в дверь.
Им так никто и не открыл. Как не стучали они — всё было напрасно. Устав стучать, Стелла и Войд уселись на ступеньке перед дверью.
— Знакомые у него, — Зимородок раздраженно хлопнул ладонью по колену, — и где этот знакомый? И что делать теперь?
— Встать для начала. Расселись тут.
Дверь позади них открылась. И вышедший на порог мужчина слегка пнул Войда пониже спины.
— Не видели что-ли — замок. Значит, нет никого.
Зимородок и Стелла вскочили. Перед ними стоял смуглый до черноты человек в одной набедренной повязке. Невозможно было угадать его возраст — морщинистое лицо и одновременно могучий, бугрящийся мышцами, торс.
— Что хотели, бродяги?
— Вот, — Зимородок протянул хозяину домика статуэтку слоника. — Косса велел кланяться.
— А… Ну, ладно, если велел — кланяйтесь, так и быть, — великодушно разрешил странный человек.
Войд поклонился.
— А ты чего? Тоже кланяйся, коли велели, — ткнул незнакомец пальцем с обкусанным ногтем в Стеллу.
Девушка не стала вредничать и тоже склонилась.
— Можете звать меня Азугза. Что вы хотели, съедобные гости?
— Старый Азугза с Туманных островов? — Уточнила Стелла.
— Да, это я. Другого такого Азугзы я не знаю. А если бы знал — съел бы его печень, — хозяин состроил страшное лицо. — Потому что я один такой. И слава моя разнеслась далеко по ветру. Где ты слышала о моих подвигах, вкусная девочка? — И Азугза облизнул чёрные губы, продемонстрировав крепкие желтые зубы.
— Нигде не слышала. Но Матушка Шауму велела передать вам горячий привет.
Азугза заулыбался доброй детской улыбкой.
— А, жива старая перечница. Ох, сколько крови мне попортила она в молодости. Ведь какая женщина была! Лучший капитан Ветренной стражи. Сколько раз она меня ловила…
Хозяин щелкнул Стеллу по носу и расхохотался.
— А, ладно, коли уж сама Шауму, то старый Азугза не будет вас есть. Заходите.
Внутри домик был похож на обитель тайного царя: полы устланы дорогими коврами, на шелковых драпировках стен взлетают птицы, резная мебель с позолоченными узорами.
— Что у вас за нужда?
— Нам нужно попасть на Шуш-скалу, — Войд неопределенно махнул рукой в сторону.
— А, так вы контрабанда? Ладно, сейчас посмотрим, что можно сделать. Вот подушки, можете поспать. У вас будет веселенькая ночь.
Азугза ушел. Войд и девушка устроились в углу комнаты на подушках. Получилось удобно. Сон не заставил себя ждать после такого бурного дня, и Стелла почти сразу задремала.
Разбудил их странный хозяин уже под вечер. В узких окошках под потолком пылало закатное солнце. Сам Азугза преобразился: кожаные штаны, серая рубашка, треуголка. От недавнего людоеда не осталось и следа.
— Всё, теперь за мной. Не отставать.
Они прошли через несколько комнат и спустились по узкой лестнице в подвал. А дальше был люк в полу, узкий наклонный лаз, скрипучие лестницы, кривые низкие коридорчики. Эдакий лабиринт внутри острова, который вывел их на маленькую пристань под самым островом. К причалу оказалась пришвартована маленькая лодочка со сложенным парусом.
— Садитесь, — шепотом указал им Азугза.
В полном молчании они отчалили. Над головой проплывала скала — «днище» висящего в воздухе острова, покрытое мхом и деревьями, растущими вниз. Затем показались пристани порта и днища кораблей. Незамеченная, лодка контрабандиста проскользнула под ними.
— Они никогда не видят, — хитро усмехнулся Азугза, — никогда не смотрят вниз в порту. А нам только этого и надо.
Теперь они удалялись от острова. Вокруг сгущались сумерки. Сначала тонкие, как