Путешествие «Галеота» стр. 38
в опасный рейс.
Глава 3Хвосты и крюкКуда идёт капитан корабля, когда ему требуется экипаж? Не бродит по тавернам и кабакам, не пристает на улицам к прохожим, не вывешивает объявления возле причальной башни. Для таких случаев есть особая традиция, свято соблюдаемая во всех обитаемых портах мира. На вывеске, ближайшей к причальной башне траттории, таверне, кабаке, кофейни или даже буфета вешается зелёный свиной пятачок. (Поскольку традиция древняя, никто не помнит уже, почему именно он) И каждый день, с полудня до полуночи, там собираются ищущие работу и приключений. Приходи, выбирай, договаривайся, бей по рукам с понравившимся корабельщиком. И не забудь выставить закуску тем, кому не повезло.
Зная традицию назубок, Войд отправился в тратторию «Дядюшка Угол». Хозяйничала в ней племянница дядюшки, маленькая рыжая девица с непроизносимым именем. А сам Угол, вышедший в отставку капитан, весь день сидел с посетителями за столиками, горланил песни, ел в три горла и был вполне счастлив. На голову выше Зимородка, дядюшка всем и каждому утверждал, что он цверг. Сами цверги, говоря о дядюшке, отводили глаза, мямлили что-то невнятное и сворачивали на другую тему. Чем Угол регулярно пользовался, получая скидки на налоги Подземным владыкам.
— Какая птичка к нам залетела! — дядюшка поднялся навстречу и заключил Войда в медвежьи объятья. — Откуда, дружище?
— Да как всегда, то тут, то там.
— Эльза, детка, накрой нам столик. Живо!
— Эльза? Я думал твою племянницу зовут по-другому.
— Да? Так это не та. У меня их столько…
Племянница и правда оказалась другая, но тоже маленькая и рыжая.
— Какими судьбами к нам? — уже принявший на грудь дядюшка жаждал поговорить.
— Сегодня по делу. Зелёный столик свободен?
— Ах, вот оно что…
Дядюшка разом стал серьёзен. Что-что, а дело он знал крепко. Лично достал и застелил зелёной скатертью столик — знак ищущего капитана. Вызвал с кухни сонного поварёнка и отправил куда-то с записками.
— Поздно ты, сезон уже окончен. Я вызвал некоторых, может согласятся. Но на лучших не рассчитывай.
— Спасибо, дядюшка.
— Ладно, садись, сейчас обед принесут. Будут тебе люди. Пойду насчет второго распоряжусь.
Угол ушёл на кухню, оставив Войда в одиночестве. За дальним столиком, прячущимся в густой тени, заворочалась фигура. Хрипло прокашлялась, поднялась, и шаркающей походкой направилась к Зимородку.
Оказавшись на свету, фигура превратилась в старика. Длинные седые волосы заплетены в косички. Морщины на лице прячутся под синими узорами варварской татуировки. Вместо кисти левая рука заканчивается крюком в пятнах ржавчины.
— Разрешите взойти на борт, капитан? — спросил старик и, не дожидаясь ответа, плюхнулся напротив Зимородка, — слышал, ты купился на сказки цвергов и взял «Галеот».
Войд неопределённо хмыкнул.
— Хороший кораблик. Он быстро согласился? Даже не отвечай, я думаю, сразу. А знаешь почему? Лишь бы цвергам не доставаться. Они его на сторону не хотели продавать, только своим. А он терпеть не может их новомодные дирижабли. И я его одобряю, между прочим. Не дело доброму воздухоплавателю болтаться в небе под пузырём. Вот на старом добром паруснике — да! А вся эта машинерия, пузыри, паровые машины до добра не доведут. Вот увидите, сударь мой, увидите.
Старик обернулся в сторону кухни и прокричал:
— Пива мне, хозяин! И доброго сидра капитану!
Обернувшись к Войду, безрукий улыбнулся, так что синяя маска на лице приобрела комичный вид.
— Косса
меня зовут, старый Бальтазар Косса.
Войд поднял кружку с сидром, принесенную расторопной девицей.
— Твоё здоровье, Бальтазар, — и невежливо ткнул пальцем в крюк на руке, — Тамарский залив, полагаю?
Старик расхохотался.
— А ты не прост, капитан. Сразу раскусил старого Коссу. Нет, это позже, у Двух Дев.
Зимородок понимающе кивнул.
— Возьми меня в команду, капитан. От старого пирата тебе убытка не будет. Коком к тебе пойду, с правом несения ночных вахт.
— Почему именно ночных?
— Бессонница, неба ей без дна. То рука ноет, то мысли всякие, — Косса наклонился к Войду и перешел на шёпот, — по небу скучаю, сил нет. А свою команду собирать — староват я. Скучно мне будет возиться с молокососами.
Войд потёр переносицу, раздумывая.
— Ты не сомневайся, капитан. — Косса подмигнул. На веке тоже была татуировка — глаз с ярко-красным зрачком, — Дядюшка за меня