Библиотека

Разделенные океаном стр. 152

Размер шрифта
-
+
Тема

воображению, импровизировать на ходу, создавая, быть может, и не шедевр, но уж, во всяком случае, то, что было в миллион раз лучше барахла, которое он выпускал обыкновенно. Мистер Блинкер, который начинал нравиться Коллинзу, предоставил в его распоряжение две новые камеры, дополнительное освещение и портальный кран для съемок сверху.

Хьюи Вандервельт перестал просматривать отснятый материал, зато сердито ворчал при виде возрастающих расходов — Блинкер платил за оборудование, а он сам обязан был выплачивать гонорары актерам и ассистентам.

— Счета растут не по дням, а по часам, — жаловался Вандервельт.

Эйб делал вид, что сочувствует ему, но на самом деле его не

интересовало ничего, кроме работы над фильмом «Когда поют ангелы».

— Не понимаю, как Олли и Герби могут играть в гольф в такую погоду, — простонала Лиззи.

На ней было длинное платье в восточном стиле без пояса, соломенная шляпка размером с зонтик и солнцезащитные очки, так что незащищенных участков тела почти не осталось. Наступил полдень воскресного дня, и в работе над фильмом был сделан перерыв. Олли продолжал бы снимать и дальше, но актеры и ассистенты взбунтовались, потребовав устроить им выходной.

Анна ответила, что, дескать, она тоже теряется в догадках. Мужчины уже чувствовали себя в Лос-Анджелесе как дома, а вот женщины так и не смогли к нему привыкнуть. Лиззи более всего донимала жара. Выходить на солнце она не хотела и потому вынуждена была целыми днями сидеть в четырех стенах. Без нью-йоркских друзей ей было очень одиноко. Против жары Анна ничего не имела, зато ей не нравилось сниматься в кино.

Они с Лиззи сидели на парусиновых стульях в маленьком дворике позади дома, куда солнце заглядывало только по утрам и где было настолько прохладно, насколько это вообще возможно днем в Лос-Анджелесе. Вдалеке сверкал и искрился бассейн в форме сердца. Анна с удовольствием поплавала бы в нем, но она не хотела оставлять Лиззи одну: только по воскресеньям у той бывала компания.

— Как идут съемки? — полюбопытствовала Лиззи. — Стоит мне спросить об этом Олли, как он разражается очередной тирадой о каком-то Вандервельте, а Герби говорит, что ничего не знает.

— Я тоже не знаю, — призналась Анна. — Все так запутано и сложно, что мне трудно судить. Сцены снимают совсем не в том порядке, в каком они идут по сценарию. Вчера, например, мы снимали финал и отрывки из середины — это как-то связано с присутствием хора и экономией денег на том, чтобы не приглашать его снова. Театр мне нравится гораздо больше.

Самое же неприятное заключалось в том, что танец часто приходилось прерывать, когда она только-только входила во вкус, а затем повторять его снова и снова. Иногда номер вообще начинался с середины, и Анна теряла настрой. Это настолько беспокоило ее, что к ней вернулись головные боли, от которых, казалось, она избавилась навсегда.

Лиззи кивнула.

— Театр живой, люди там настоящие, и атмосфера просто чудесная. Кинофильм не сравнится со спектаклем. Ох, Анна, — с дрожью в голосе произнесла она, — я так скучаю по Нью-Йорку!

— Я тоже.

Анна так тосковала по этому городу, что ей хотелось плакать, когда, просыпаясь по утрам, вместо Центрального парка, залитого

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.