Разделенные океаном стр. 352
об Анне. В субботу вечером Блинкеры устраивают очередную вечеринку. — После новогодней ночи парочку наняли развлекать гостей на частных приемах, за что они получили весьма кругленькую сумму.
— Анна уже дома? — Было четверть восьмого, и Джона уже уложили в постель.
— Сегодня Пегги повела их в кино.
Левону недоставало восхитительных улыбок Анны и ее очаровательного присутствия, особенно во время трапезы за общим столом. Он недовольно хмыкнул и понес портфель с бумагами в столовую, чтобы поработать с ними позже. К его удивлению, Тамара последовала за ним.
— Присядь на минутку, Лев, — попросила она. — Мне нужно поговорить с тобой.
— О чем? — Он раскладывал бумаги на бюро.
— Сначала присядь.
Испытывая раздражение, вызванное главным образом отсутствием Анны, он сел за стол.
— Я рассказала Лиззи о том, что мы собираемся переехать в Бруклин, — начала Тамара, — и что Анна не хочет уезжать отсюда, и тогда Лиззи предложила, чтобы девочка переселилась к ним.
Левон почувствовал, как его захлестывает гнев, такой сильный, что у него вдруг заболела голова.
— А ты спрашивала Анну, хочет ли она переехать в Бруклин?
— Нет, но я и сама знаю, что не хочет. Она замолкает и отворачивается, как только мы заговариваем
об этом.
— Как только ты заговариваешь об этом. Я ни разу даже не заикнулся о Бруклине.
— Ох, не говори глупостей, Лев. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.
Гнев злобными молоточками стучал ему в виски. Левон так резко поднялся на ноги, что опрокинул стул, который со стуком упал на пол. Тамара подскочила на месте. Она явно испугалась. Левон редко выходил из себя и никогда — в ее присутствии. На ее прекрасном, надменном лице отразилось злобное торжество, чего он никогда не замечал раньше. Тамара избегала его взгляда, старательно отводя глаза и сухо поджав губы.
— Вот, значит, почему ты отправилась к Блинкерам? — проговорил он глубоким, рокочущим голосом, который ему самому показался чужим. — Чтобы попросить Лиззи взять Анну к себе. Ты отняла у нее ребенка, а теперь хочешь избавиться от нее самой.
Теперь уже Тамара вышла из себя, хоть и старалась не повышать голоса, явно боясь, что шум может разбудить Джона.
— Я вообще-то не отнимала у нее ребенка, Левон. Если я не присмотрю за ним, то за ним никто не присмотрит. Мне неуютно жить с ней под одной крышей, когда она совершенно игнорирует его существование. Это создает в доме нездоровую атмосферу.
— Что-то я не заметил никакой нездоровой атмосферы.
— Это потому, что тебя никогда не бывает дома, — холодно ответила Тамара. — Если ты не на работе, то уходишь куда-нибудь со своими новыми друзьями.
— Я ухожу с другими людьми только потому, что ты отказываешься пойти со мной. А ведь мы всегда можем нанять няньку для Джона, хотя бы всего на несколько часов.
Глаза Тамары засверкали.
— Я не буду оставлять Джона с нянькой!
— Тогда не обвиняй меня в том, что я ухожу со своими друзьями.
Их спор становился нелепым и абсурдным. Знай Левон о том, что его жена так болезненно отреагирует на его отсутствие, он