Разговоры Пушкина стр. 16
* Цыганочка… так обрадовалась неожиданному подарку, что начала еще предлагать разные вещи приятелям, собираясь их принести из шатра.
– Скажи лучше ей, чтобы она нас поцелуем отблагодарила, – со смехом произнес [Д. Кириенко-Волошинову] всегда готовый на шалость поэт, заглядывая при этом в огненные глаза недурненькой девушки.
Но так как скромный приятель его не решался, как он говорил, оскорбить девушку таким предложением, то Пушкин, ни слова больше не говоря, обнял ее за шею и звонко поцеловал несколько раз, не встретив никакого сопротивления с ее стороны. Мало этого. Едва выйдя из объятий одного товарища, она сама уже вприпрыжку подбежала к другому и стала перед ним в выжидательной позе, с самой невинной улыбкой приподняв вверх головку.
– Да целуй же, наконец, мямля, чего хорохоришься? Ужели не понимаешь, что это же ведь обидно для девушки? – промолвил Пушкин, с искреннею на этот раз досадой прибавив: – Ну, чурбан же ты, милый мой, самый что ни на есть первый сорт… Тьфу ты, бревно какое, ей-богу…
Д. Кириенко-Волошинов по записи М.Д. Францевой. «Русское обозрение» 1897, I, стр. 37. 1821 г.* Не помню, за что и как между К[еком] и П[олторацким] устроилась дуэль. К первому секундантом попал я, второй выбрал Пушкина. Ну, известное дело, на нашей временной обязанности лежало назначение условий
поединка. Мы съехались с Пушкиным, и трактат начался. Но как понравится вам оборот дела? Александр Сергеевич в разговоре со мною, решительно не могу вам сказать за какие, да и были ли они, «обидные выражения», вызвал на дуэль меня. «Ты шутишь, Пушкин?» Я не мог принять его слова не за шутку. «Нисколько! Драться с тобой я буду, – ну, мне этого хочется, только ты должен обождать. Я уже дерусь с двумя господами; разделавшись с ними – к твоим услугам, Карл Иванович!»
К.И. Пр[унку]л по записи К. С. «Общезанимательный вестник» 1857, № 11, стр. 419. Январь – февраль«Как ты здесь?» – спросил Орлов у А. Пушкина, встретясь с ним в Киеве. «Язык и до Киева доведет», – отвечал Пушкин. «Берегись! берегись, Пушкин, чтобы не услали тебя за Дунай!» – «А может быть, и за Прут!»
П.Л. Яковлев. Анекдоты. Из «Хлыновского наблюдателя». Публ. И.А. Кубасова. РС 1903, № 7, стр. 214. Декабрь. ЛеовоВ г. Леово мы въехали к подполковнику Катасанову, командиру казачьего полка… он нас не отпустил, сказав, что через час будет готов обед… Обед состоял только из двух блюд: супа и жаркого, но зато вдоволь прекрасного донского вина… Прошло, конечно, полчаса времени, что мы оставили Леово, как вдруг Александр Сергеевич разразился ужасным хохотом… он объяснил мне, что суп был из куропаток, с крупнонакрошенным картофелем, а жаркое из курицы. «Я люблю казаков за то, что они своеобразничают и не придерживаются во вкусе общепринятым правилам. У нас, да и у всех, сварили бы суп из курицы, а куропатку бы зажарили, а у них наоборот!» И опять залился хохотом.
И.П. Липранди. РА 1866, стр. 1282–1283. [Аккерман. На обеде у полковника А.Г. Непенина]…Непенин спросил меня вполголоса, но так, что Александр Сергеевич мог услышать: «Что, это тот Пушкин, который написал – Буянова?» После обеда… Пушкин подошел ко мне, как бы оскорбленный вопросом Непенина, и наградил его многими эпитетами… На вопрос мой,