Библиотека

Рейтинг лучших любовников стр. 55

Размер шрифта
-
+
Тема

гарнизоне… Ради этой сумасшедшей любви… этой страсти… когда все тело пульсирует и горит… И эти мягко наползающие волшебные сумерки… Они уже не свинцово-серые, они бледно-синие. Они делают ее тело голубоватым, как у русалки. А волосы опутали грудь, как водоросли. Не случайно всю поездку их с Дарой сопровождал дождь… Сплошная вода…

Может быть, эта женщина ненастоящая? Может быть, она и есть та самая петербургская химера? Он сожмет ее посильнее в объятиях, и из сомкнутых кольцом рук на постель хлынет холодная, бьющая ключом вода, а его самого больше не будет? Пожалуй, стоит проверить, нет ли у Дары русалочьего хвоста! Нет… Вот одна гладкая нога с шелковистой кожей, вот другая… вот такой же гладкий живот… И дальше… все… как у женщины… Как же это замечательно, что она не русалка…

– Ты назвал меня ее именем, – отрывисто сказала Дара, когда все было кончено, и они лежали рядом на сыроватом белье родительской двуспальной кровати, скрипящей не нежнее половиц.

– Чьим? – спросил Антон. – Я назвал тебя Ольгой? Так зовут мою жену…

– Нет. Ты назвал меня ЕЕ именем… Почему?

– Не знаю, – ответил он.

Вообще-то Зданевич знал, в чем дело, но вряд ли ей будет приятно это слышать. Наваждение прошло. Они с Дарой не в юности. Они в настоящем, беспощадном и безрадостном. И сумерки уже не волшебные, а тяжелые, асфальтово-черные. От нагретого смятого белья еще больше несет затхлостью и тиной. Он посмотрел на обнаженную, лежащую рядом. Тело Дары, конечно, красиво, но… Тело ее подруги было не хуже. И дарило ему такое же наслаждение. Они обе окончательно слились для него в одну женщину. Ну почему они обе брюнетки? И даже сложены почти одинаково…

– Разве тебе было со мной плохо? – спросила она, чутко уловив перемену в его настроении.

– Мне было хорошо, но так же, как и с другими, – зачем-то сказал он раздраженно и зло.

– Да… – растерялась Дара и завернулась в одеяло, будто

опять устыдилась того, что с ними происходит, и своей обнаженности.

– А тебе? – усмехаясь, спросил он, не собираясь прикрывать свою наготу. Раз все плохо, то пусть будет еще хуже. Раз уж изменил жене, так чего теперь стыдиться! – Разве тебе с собственным мужем было плохо?

– Нет, но…

– В том-то и дело, что нет… Не кажется ли тебе, что, в сущности, все равно с кем? Ощущения совершенно одинаковы.

– Что ты говоришь, Антон? Это же цинизм! – испугалась безжалостности его слов женщина.

– Это не цинизм! Это правда жизни! Неприкрытая, неприкрашенная. А потому неприятная.

– Нет! Все не так! Мне было хорошо с мужем, но только потому, что я… представляла на его месте… тебя!

– Вот видишь! – уцепился он за эту ее фразу. – Ты можешь представлять себя с кем угодно, хоть с президентом Соединенных Штатов! И я могу! С тобой, с… подругой твоей… с женой… Разницы никакой!

– Все не так! Не так! Это не может быть так! – Женщина чуть не плакала. Она села на постели, и длинные ее волосы почти совершенно скрыли от него ее обнаженное тело. – Ты специально мне это говоришь! Назло! От обиды! Разве ты еще не понял, что жизнь мне уже отомстила за тебя?! И не надо делать мне еще больнее! Что бы ты сейчас

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.