Риск – это наша работа стр. 410
поднялась выше, затопила лагерь отряда Разина, и только костер загорелся ярче. Но костер так расположен, что с трех сторон камнями прикрыт, и сам лагерь не освещает.
Противоположный склон уже не видно вовсе.
– Мне пора вон с той «кошкой» познакомиться… – Парамоша показал стволом.
На противоположном склоне светятся два зеленых глазка. Бинокль с ПНВ. «Винторез» не торопится, он чувствует свою основательность и значимость. Сначала ствол просто наводится в направлении «глаз», но не включается питание ПНВ. Чтобы наблюдатель не успел среагировать. И включается только тогда, когда видно рядом с наблюдателем движение. Боевики двинулись вперед. Сухой выстрел раздается уже через две секунды после того, как «глаза» гаснут. Тут же гаснет и прицел. С такого расстояния снайпера могут снять простой автоматной очередью, если только увидят. Парамоша аккуратен. Себя не демонстрирует.
Выстрел «винтореза» в ночи можно принять за треск нетолстой ветки, не выдержавшей груз снега. Он никого не потревожил даже внизу, в лагере Разина. Судя по тишине, никого не побеспокоил и в лагере на противоположном склоне. Впрочем, там не до того. Потери одного наблюдателя никто не заметит, потому что вся группа начала спуск. Наблюдатель, как правило, теряет время на то, чтобы убрать в футляр большой и дорогой бинокль. Но внизу его уже не дождутся.
Одновременно спуск навстречу начал и Хамзат со своими боевиками.
Рандеву назначено у ручья…
* * *– Автомат на меня никто, случаем, не прихватил? – Разин смотрит на Хамзата с легкой насмешкой. Решится Толукбаев или нет, хотя простая логика предполагает вернуть подполковнику оружие. Должен понимать, что в такой схватке каждый ствол дорог.
Хамзат соображает с десяток секунд.
– Под слово офицера?
– Какое слово я должен дать?
– Сдать оружие после боя. Это же подразумевает, что во время боя ты не сбежишь от нас.
– Слово офицера, – произнес Разин очень серьезно, но без пафоса.
– Верю. Другому бы не поверил, но тебе верю… – Разин понимает, что таким разговором Хамзат только «покупает» его, точно так же, как «покупал», справляясь о здоровье. – Керим, отдай подполковнику его пистолет.
Керим выглядит курицей, которую и из кастрюли вытаскивать рискованно – разваливается на куски, потому что сильно переварилась. Бледен и вял, обессилен – толкни в грудь, он упадет и только через пару суток поднимется, если вообще сможет это сделать. Глаза ничего не видят, равнодушные ко всему. Он попытался тягаться с Разиным в выносливости. Не отстал, и то слава Аллаху. За это можно и похвалить. Но пусть хвалит настырного сторожа Толукбаев. К тому же Разин прекрасно помнит, как дремали оба сторожа в машине. Значит, не всегда в службе наблюдается рвение.
Керим отстегивает от пояса кобуру. Протягивает недоверчиво. Слабой от усталости рукой. На бороде Керима не растаял снег. Он перед этим глотал его пригоршнями. Подполковник долго не раздумывает, извлекает оружие и крепит к рукоятке кобуру. Теперь он вооружен не хуже любого автоматчика . А если учесть подготовку Разина, то сейчас он в отряде, пожалуй, лучший боец.
Хамзат очень хорошо проинструктировал людей. Лучше всех идут те шесть человек, что приехали на «уазиках». Подполковник сразу определяет, что это повоевавшие в свое удовольствие ребята. Может быть, и оставшаяся пара выглядела бы так же, если бы они не побоялись покинуть свои