Ритуал. Часть 1 стр. 46
покинули церковь, сквозь полог листвы проглядывали лишь кусочки водянисто-серого неба.
В семь часов Хатч объявил конец их медленному и нерешительному продвижению через лес. До наступления темноты оставался еще час, или даже полтора, но Фил с Домом исчерпали уже все свои ресурсы. Дом дважды молча садился в лесу, не в состоянии или в нежелании идти дальше. Движения Фила стали неуклюжими и нескоординированными, как у пьяного. В некотором смысле он был опьянен изнеможением.
Темнота в лесу всегда наступала раньше обычного. Они даже проверили часы. Поднесли к ушам и послушали. Даже в четыре часа дня под древним пологом листвы казалось, будто наступила ночь.
За весь день они прошли всего шесть, может быть, семь километров. Лесная почва вокруг их лагеря была настолько усеяна обломками деревьев, что палатки удалось поставить с огромным трудом. Они трепетали на ветру, провисшие, как сброшенные парашюты. Сперва пришлось расчистить площадку. Хатч исцарапал себе все пальцы, разгребая в стороны валежник и папоротник. Теперь общими с Люком усилиями две палатки были установлены. Они провисали, прижатые друг к другу. Под подстилками было столько корней, крапивы и шишек, что лежа спать там было невозможно.
Хатч предчувствовал, что ночь ему придется провести сидя или свернувшись калачиком в углу двухместной палатки. По крайней мере, внутри будет сухо. Что-то вроде этого Хатч пообещал остальным. Все насквозь промокли по пояс. Из-за джинсов у Фила началось сильное раздражение на коже. Ему удалось медленно стянуть сырые штаны до колен, но потом он понял, что обратно ему их не натянуть, поэтому оставил их спущенными наполовину. Внутренняя поверхность его бедер блестела в слабом свете от пахучей мази. Завтра ему придется втиснуться в пару грязных верхних брюк, которые Дом носил первые два дня похода. Фил молча лег в палатку, поверх своего спального мешка.
На чехле от спальника Хатча были разложены остатки запасов продовольствия. Впереди их ждал голод. Дом потребовал существенного обеда. В результате, в маленьком металлическом горшочке на туристской печке оказалась последняя еда, которую они смогли приготовить из двух оставшихся пакетов с сухим супом, упаковки соевого фарша, щепотки сушеного пряного риса, и последней банки сосисок для хот-догов. После этого каждому досталось по четыре энергетических батончика, один шоколадный на всех, немного леденцов и жевательная резинка. Сегодняшний ужин состоял из кружки супа, приготовленного на прокипяченной болотной воде, и двух сосисок с соевым фаршем. Все настолько устали, что могли лишь сидеть и смотреть, как содержимое горшочка доходит до готовности.
У периметра каменистых образований Люк нашел ручей. В трех разных местах из земли пробивался коричневатый ручеек. Основной канал, похоже, проходил под землей. По крайней мере, эта мутная вода находилась в свободном доступе, была прохладной и свежей. Десять минут они сидели и насыщались в тишине. Потом наполнили водой пластиковые литровые канистры и фляжки. После этого Хатч почувствовал головокружение и тошноту. Но это не помешало им вдоволь напиться свежей водой, впервые за последние два дня.
По крайней мере, лучшего места для своего жалкого лагеря, они и представить не могли. Оно было защищено от холодного ветра, который мог проникать в сумерках сквозь деревья, и более-менее ровное, после расчистки от кустарника. Когда палатки были установлены, Хатч приступил к подготовке печи и