Роман с куклой стр. 53
так очень ругают этого Мигунова. Дескать, совсем развалил Сибирь… – лениво заметил Прахов.
– Сергей Евграфович Мигунов работал в Москве, в папином министерстве – тогда Мигунов еще совсем молодым был. Вроде бы неплохой человек, – недовольно возразила Ива Прахову.
– И охота вам о политике говорить! – закричала Ева. – Расскажи лучше, Даня, что-нибудь интересное… Ведь есть в Сибири что-то более интересное, чем тамошний губернатор!
– В Сибири есть шаманы, – лениво сказал Прахов. – Я старый фильм недавно смотрел…
– Даня, расскажи о шаманах! – тут же попросила Ева.
– Вы в курсе, что шаманом может быть как мужчина, так и женщина? Обычно это ремесло передается по наследству: в роду у каждого уважающего себя шамана обычно по восемь, десять предков, которые занимались именно этим. – Михайловский сел на стол, машинально стал наверчивать на палец шелковую тесьму. – И что такое это их так называемое камлание?..
– Колдовство? – неуверенно спросила Ива.
– Можно и так сказать… Вообще, камлание – это священный ритуал, путешествие шамана в мир духов. При этом обычно используют священные зеркала, бубны, специальные жезлы… Могут использовать комузы или варганы. Специальный костюм – строго обязательно. Камлают в любое время суток, но самым предпочтительным временем является ночь. Есть старинная песня, которая в переводе звучит следующим образом: «Шаман, которому суждено шаманить, тот ведет камлание черной ночью!»
– А для чего оно нужно, это самое камлание? – фыркнула Ева.
– Больного вылечить надо? Надо. С душами предков надо посоветоваться? Еще как! Словом, дел невпроворот… Все наиболее важные обряды происходили в форме камланий, которые проводились по установленным общим канонам. Шаманы умело использовали изображения духов и богов, игру света и тени, благовония, пение… Они создавали систему эмоционально насыщенных ритуальных действий, которые оказывали огромное влияние на психику человека. Камлание – не простой религиозный акт, а целый комплекс театрализованных культовых действий, объединяющих в себе слово, гипноз, пение, иллюзион, изобразительное искусство, сакральные ароматы, музыку! И как фон – красота окружающей природы…
– Ты видел все это? – завороженно спросила Ева.
– Нет. Я же говорил – я знаю только теорию. Так вот… Самым сложным ритуалом считаются похороны, – продолжил Даниил. – У северных народов, например, у ненцев, смерть – это не полное отрицание жизни, а переход из одной формы бытия в другую. Сама по себе смерть им не внушает страха, но неприемлема даже мысль о том, что душа умершего, лишенного похоронного обряда, не найдет покоя в загробном мире. Камлание проводилось в ночь после похорон и состояло из нескольких этапов: сначала шаман разговаривал с умершим, узнавал причину смерти и выяснял, не унес ли с собой покойный душу живого человека. Затем наступали собственно проводы души. Ненцы верили, что добродетельные люди находят в потустороннем мире своих знакомых, друзей и родственников и, вообще, та жизнь мало чем отличается от этой. Но горе самоубийцам и утопленникам! Души утонувших становятся водяными духами, а души самоубийц и людей, умерших не своей смертью, могут превратиться в злых духов, которые в одиночку блуждают по земле и вредят прежде всего своим родственникам. Поэтому задача шамана – проводить душу покойного в загробный мир, точно соблюдая все необходимые обряды…
– Да уж! – усмехнулся Прахов. – Ты, Даниил Петрович, здоров рассказывать сказки!
– А что, Даня, больного они, эти шаманы, действительно могут вылечить? – с любопытством спросила Ева.