Роман с куклой стр. 65
фамилия у меня настоящая, а никакой не псевдоним!
Сазонов разложил на столе свои детские фотографии и тем вызвал еще большее оживление среди гостей.
– Ильич, ты ли это? А штаны-то твои где?
– При чем тут штаны… Граждане, наш драгоценный либерал, оказывается, в пионерах ходил!
– Анфиса, Анфиса, припрячьте одну из фотографий, потом в эфире их покажете…
– …а вы, Ева, что об этом думаете?
– Я? Я думаю, что Николай Ильич и в детстве был очень фотогеничен.
– О, Ева, я вам сейчас ручку поцелую… Даниил, у тебя чудесная жена!
Стоял шум, гам. Безудержное, бессодержательное веселье – на следующее утро и не вспомнишь, над чем смеялись вчера. Михайловский все-таки выпил «штрафную», и от рюмки коньяка ему стало жарко. Он скинул с себя пиджак. Он не сводил глаз с Евы. Он злился и тосковал. Он ненавидел себя.
После полуночи гости стали постепенно расходиться.
– Даня, ну хоть ты-то меня не бросай… Ева, скажи ты своему мужу! – взмолился Сазонов.
Ева села рядом с Михайловским, прижалась к его плечу щекой – молча, не говоря ни слова.
– Ты устала? – шепотом спросил он.
– Нет. О чем ты все время думаешь?
– О новом романе – вот о чем он думает! – услышал ее слова Сазонов. – Данька, дописал ты его? О Колчаке он будет,
да?..
– Да. Я почти закончил его.
– А золото? – вдруг вскинулся Вадим Панов, который до того дремал в мягком кресле, выпив изрядное количество горячительного. – Где золото?
– Далось вам всем это золото! – усмехнулась Ева. – Его и не найдешь, наверное…
– Нет, почему же, – медленно произнес Михайловский, слегка отстранив жену. Налил себе в стакан минеральной воды. – Его можно найти.
– Интересно, интересно… – оживился Сазонов. – Каким образом? У тебя есть какие-то зацепки?
– Да.
– Даниил Петрович, расскажите! – взмолилась какая-то дамочка. – Это все так увлекательно!
Михайловский встал, подошел со стаканом к окну. Сиял огнями ночной проспект… На несколько мгновений Михайловский оцепенел, но потом заставил себя встряхнуться:
– Есть много версий, где Колчак мог спрятать свое золото, но среди них – ни одной достоверной. Большинство тех, кто прятал золото, погибли, когда Сибирь взяли красные. Не осталось никаких свидетельств о том, где надо искать его… Или все-таки осталось?
Ответом ему была завороженная тишина. «Господи, и почему люди до сих пор продолжают сходить с ума из-за золота?..»
– Так вот, – продолжил он. – Существует версия, что один из тех, кто прятал золото, оставил дневник, в котором зафиксировано все – где, когда, кем, в каком направлении… Этим человеком был некий прапорщик по фамилии Гуляев. Арсений Гуляев – личность эксцентричная и неоднозначная, судя по сохранившимся отзывам очевидцев. О дневнике много упоминалось в архивах, но многие историки, и я в том числе, считали его фикцией. Но сегодня я убедился в том, что дневник, по крайней мере, был. Он вполне реален.
– И где он? – с живым любопытством спросил Сазонов. – Он не пропал?
– Вполне возможно, что не пропал. Но тут другая проблема – где его искать? О Гуляеве известно, что тот был сыном священника… Он долго скрывался в тайге после прихода красных, а когда стало окончательно ясно, что Россия к прежним временам не вернется, застрелился. Но где именно он скрывался? Ведь, судя по всему, дневник должен быть там?..
– Ах,