Библиотека

Рожденные водой стр. 220

Размер шрифта
-
+
Тема

в какой-то прострации без единой мысли в голове.

Эштон рыдала над матерью, а Фиби над Энори. Дэш выронил пистолет и попытался что-то сделать — подойти к кому-то, что-то сказать, но тело настолько устало, что отказывалось повиноваться. Эштон, звуки, которые она производила, кровь на полу — все воспринималось фантасмагорией, горячечным бредом, ненастоящим. Он ничего не ощущал. Понимал, что накроет позже, но сейчас не мог заставить себя скорбеть. Он отвернулся от семьи, сделал выбор, за который его наказали.

— Дэш, Дэш, она мертва. Она мертва! — Эштон подняла на него искаженное гримасой ужаса лицо. — Дэш, что же делать? Что делать?

У входа мелькнула тень, и Дэш посмотрел туда. Фиби уходила.

Импульс толкнул его за ней. Мимо тела Энори он выскочил из грота навстречу бушующему урагану. Фиби карабкалась наверх по камням. Он ринулся за ней и уже на самом верху закричал:

— Фиби!

На краю утеса она обернулась. Ветер трепал ее волосы, превращая их в яростную мечущуюся молнию, свистел в ушах, то и дело бросая дождь в лицо.

— Тебя тоже рано или поздно убьют, а я не хочу этого видеть, — прокричала она.

— Не убьют, мы будем осторожны…

— Папа был прав. От людей надо держаться подальше…

— Мы не будем жить с людьми. К черту людей!

Фиби плакала дождем и озерной водой, но ветер срывал ее слезы и швырял их в Дэша.

— Я не хочу все это чувствовать! Слишком много… Ты дал мне слишком много!..

— Фиби!.. — Он мотал головой, уже понимая, что она хочет сказать. — Эмоции даны для того, чтобы их переживать. Это и называется жизнь. Не растворяй их. Не бойся!..

Он протянул к ней руку, но она отвернулась, прыгнула с утеса в штормовое озеро и ушла на глубину.

* * *

Эштон отвезла его в Алленвиль и оставила в мотеле. Она обещала вернуться, и Дэш ждал ее, валяясь на кровати и пялясь в потолок. На ноги он наступать не мог: отбитые в кровь подошвы дергало от боли, а парочка царапин начала гноиться. Удивительно, как он вообще щиколотки не свернул. Но это казалось ерундой по сравнению со всем остальным. Произошедшее крутилось в голове, и Дэш не мог остановить эту карусель: под закрытыми веками и во сне он видел одно и то же — мать замертво падает, они с Эштон одновременно стреляют в лже-Хелену, Фиби прыгает в озеро. Какой же он идиот! Надо было увезти Фиби раньше. Не звонить Веронике, не лезть к шерифу, пошли бы они все к черту со своими грязными секретами.

Дэша разрывало на части

от эмоций: мать мертва и теперь некому говорить ему, что нужно делать, но, с другой стороны, он испытывал облегчение, будто ему подарили возможность начать жизнь с чистого листа. Стыдился этого облегчения, но и находил умиротворение.

Думать о смерти было невыносимо. До тошноты. Думать о Фиби тоже. Грусть, гнев, вина и бессилие боролись за первенство, изматывая и опустошая. Видимо, это и называется жизнь.

Раздался стук в дверь. Дэш вздрогнул.

— Это я.

Эштон с большой спортивной сумкой на плече проскользнула в комнату, закрыла дверь и застыла, глядя на Дэша. Он приподнялся на локтях, испытывая благодарность и облегчение — все же она его не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.