Рожденный очаровывать стр. 24
отправились в Техас с группой монахинь-активисток и не расставались ни на минуту. Читали книги, осуществляли художественные проекты, практиковались в испанском и подолгу говорили обо всем. Теперь Блу совсем не вспоминала Норрис и Кайла, снова влюбилась в свою милую маму и была безутешна, когда та уехала.
Норрис снова вышла замуж, так что Блу не могла вернуться в Альбукерке. Монахини приютили ее до конца школьного года, и Блу перенесла свою любовь на сестру Кэролин. Сестра Кэролин отвезла девочку в Орегон, где Вирджиния договорилась о ее пребывании в доме женщины-фермера по имени Блоссом, применявшей на поле исключительно органические удобрения. Блу так отчаянно цеплялась за сестру Кэролин, что Блоссом пришлось отдирать ее силой.
И все началось сначала, если не считать того, что теперь Блу не спешила открыть Блоссом душу. Когда ей пришлось уехать, она обнаружила, что на этот раз расставание было не таким болезненным. С этого дня она стала куда осторожнее и с каждым новым переездом все более отдалялась от людей, у которых жила, и под конец уже больше не страдала от разлуки.
Блу осторожно поглядела в сторону кровати.
Дин Робийар явно перевозбудился и ожидал, что она ляжет с ним в постель. Но он не знал, как сильно она ненавидит одноразовый секс. В колледже Блу часто наблюдала, как подружки, насмотревшись «Секса в большом городе», спали с кем попало, когда и где попало и при этом, вместо того чтобы воодушевляться новой победой, все больше впадали в депрессию. В детстве ей слишком часто приходилось терять людей, к которым она успела привязаться, так что увеличивать список вовсе не хотелось. Если не считать Монти, которого она и не считала, у нее было только два любовника, артистические, поглощенные собой и своим творчеством натуры, предоставлявшие ей полную свободу действий. Так было лучше для обеих сторон.
Замок ванной щелкнул.
Ей следует поосторожнее вести себя с Дином, иначе завтра утром он попросту бросит ее здесь и уедет. Но к сожалению, тактичность не была ее сильной стороной.
Он вышел из ванной в одном полотенце, завязанном на бедрах. Настоящий римский бог, решивший передохнуть в самый разгар оргии, пока к нему не пришлют очередную храмовую девственницу. Но, когда на него упал свет, ее пальцы судорожно сжали блокнот Нет, это не безупречная, выточенная из мрамора красота римского божества. У него тело воина; мощное, готовое к бою, строго функциональное.
Он заметил, как она смотрит на три тонких шрама на плече.
– Разгневанный муж.
– Возмездие за грех. – бросила она, ни на минуту ему не поверив.
– Кстати, о грехе...
Его ленивая улыбка источала соблазн.
– Я тут подумал... Поздняя ночь... два одиноких странника... мягкая постель... Нельзя придумать лучшего способа развлечь друг друга, чем воспользоваться всеми преимуществами подобного
ложа.
Очевидно, ему надоело ходить вокруг да около, и он прямиком ринулся к воротам. Что же, роскошная фигура и безупречно красивое лицо позволяли ему мнить себя покорителем женщин. И она вполне это понимала. Любых женщин. Кроме нее.
Он придвинулся ближе. Она ощутила запах мыла и секса и уже обдумывала снова затронуть тему его голубизны, но к чему стараться? Можно отговориться головной болью и смыться из комнаты... или поступить, как всегда, и принять вызов.