Русалка из Винсема стр. 29
их напряглись. Дыхание ее прерывалось, ноги ослабли, да что там ноги! Она вся ослабла, еще бы одно мгновение — могла бы потерять сознание, повиснуть у него на руках. Но он, похоже, не понимал, что невеста по-настоящему принадлежит ему, любит его, и ее сжигает невыдуманная страсть…
Словно почувствовав это, Корнелиус нагнулся и поцеловал ее в голову. Как было сладко чувствовать ауру мужского обаяния, быть под защитой сильного человека, обвивать и сжимать руками атлетически сложенное тело, так замечательно двигающееся в ритме мелодии. Она ощущала запах Корнелиуса — замечательный, единственный на свете мужской запах, который ей хотелось вдыхать бесконечно, и сердце ее радовалось жизни.
— Ты что-то сказала? — спросил вдруг адвокат.
— Разве?
Он остановился, но не отпускал ее, держал в объятиях.
— Может быть, мне только показалось. А вообще, все твои мысли видны на лице.
— У меня сегодня день, полный сюрпризов, — тихо сказала Беатрикс.
Он улыбнулся и еще раз поцеловал ее, на этот раз в щеку.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила девушка.
— Хорошо. Только очень хочется есть, — просто признался он. — Константин Ван дер Мей мог бы отбить у меня аппетит, но, как ни странно, во мне проснулись новые силы. Думаю, хозяева угостят нас чем-нибудь вкусненьким.
Минуя танцующие пары, они пробрались к шведскому столу, накрытому в соседнем зале.
Беатрикс на мгновение оторопела, увидев «чего-нибудь вкусненькое», как выразился Корнелиус. Великолепная сервировка, нежных оттенков салфетки, столовые приборы, сверкающие в свете длинных свечей, аппетитные блюда… Господи, чего здесь только не было! Все это поднимало настроение, и действительно Беатрикс страшно захотелось перекусить.
Она выбрала себе — как всегда — салат и кусочек лосося.
— Ты никогда не ешь никакого мяса? — удивился адвокат.
— Никогда. И мне не нравятся такие вопросы. Я же не спрашиваю тебя, почему ты навалил на тарелку гору ветчины?
— Еще не навалил. Только наваливаю, — отозвался Корнелиус довольным голосом. — Хочешь вина?
— Хочу.
Как было там замечательно! Беатрикс и Корнелиус, подобно озорным детям, жевали, прихлебывали из бокалов, смеялись. Развеселившийся жених заговорщицки сообщил, что у него на сегодняшний вечер есть одна серьезная задача — перепробовать все блюда, стоящие на шведском столе. Беатрикс попыталась подсчитать, сколько закусок, салатов, тарелочек с тарталетками и бутербродами находится перед ними, сбилась со счета и в который раз рассмеялась.
Вскоре к ним присоединились другие гости, и мисс Робинсон с раскрасневшимися щеками, совершенно никого не стесняясь, стала разглядывать жующий народ.
— Смотри, Корнелиус, вон тот султан явно любит рыбу! Придвинул к себе блюдо и уплетает! А вон та дама в тяжелом наряде королевы никак не может дотянуться до бутербродов с черной икрой!
— Ты — расшалившаяся девчонка. Во-первых, это не султан, а хозяин всех холодильников в амстердамском порту. Можно считать, что, безусловно, вся рыба принадлежит ему. А та дама в костюме королевы — вице-президент аэроклуба, в котором я учусь летать на вертолете. На всех остальных, ладно, можешь махнуть рукой, они члены моего гольф-клуба, — строгим голосом пытался урезонить девушку адвокат. — Комментарии на подобных вечеринках неуместны. Каждый ведет себя так, как ему хочется.
— И мэр с попугаем тоже член твоего клуба?
— Мэр — естественно, попугай — нет, — пошутил Корнелиус. — Наш гольф-клуб — старейший в городе. И сегодня, забыл тебе сказать, ты присутствуешь на