Русский купидон стр. 67
любит, он только с ней хочет просыпаться по утрам в одной постели, только на нее смотреть, есть только ее пироги…
И еще он хочет, чтобы эта женщина родила ему детей.
А Лена ни о чем не думала — она просто растворилась в нем и жила. Впервые за много лет — жила по-настоящему, смело и легко, летая под облаками и обгоняя ветер.
Жить значило любить Максима. Ей не нужно было подыскивать слова, она всегда это знала. Она просто растворялась в его прерывистом дыхании, то осторожно, то яростно ласкала эти широкие плечи и сильные руки, с восторгом и страстью отдавалась его любви, чтобы через мгновение отплатить сторицей и любить его неистово, требовательно, властно…
Она не знала других мужчин и не имела ни малейшего к ним интереса. Потому что ее мужчина находился рядом, и все шло именно так, как и должно было идти.
И она совершенно точно знала, что будет мальчик.
— Знаешь, когда-нибудь я отдышусь и поинтересуюсь: а где это ты научилась таким вещам?!
— Видишь ли, недостаток опыта я стараюсь заменить искренним отношением к делу и здоровым энтузиазмом… Кроме того, я много читаю, смотрю телевизор…
Макс засмеялся и прижал ее к себе. Они лежали на смятой постели, блаженная истома не позволяла им шевелиться. А дождь все стучал и стучал по крыше. Под этот мерный убаюкивающий звук приходили в Кулебякино сны…
Спаниелю Ваське снились стада мышей, которые бежали от него, а он преследовал их, преследовал, и все были страшно довольны — и Васька, и мыши…
Туське Тимошкиной снился офигенный мужик. Он бегал по теннисному корту, и на его загорелой спине так и играли мышцы и мускулы. Волосы у мужика были темные и вьющиеся, но когда он там, во сне, собирался повернуться к Туське лицом, она усилием воли заставляла его сниться по-старому, спиной. Потому что лицо еще неизвестно, каким окажется, а красивые мужские спины всегда приводили Тимошкину в состояние экстаза…
Серафиме Кулебякиной снился ее третий муж, Вадим Витальич. Они с ним бродили по сопкам, и он рвал для нее дикие дальневосточные тюльпаны, алые как кровь. Во сне этом Серафима была молодая и легкая, как перышко…
Аглае снился почему-то бал в Дворянском собрании. В реальной жизни Аглая там побывать не успела, поскольку революция случилась, когда Аглае исполнилось пять лет, но сейчас, во сне, Аглая точно знала, что танцует именно на балу в Дворянском собрании. И все ее женихи толпились вокруг, а Аглая вдруг поняла, что любила-то по-настоящему только Васю Толоконникова, хорошего парня, токаря с завода, он потом погиб под Москвой…
Эдику Березкину снился большой магазин садового инвентаря и садовых растений. В нем были маленькие водопады, альпийские горки, плетистые розы и клематисы, лилии и левкои, электронасосы и электрокультиваторы, а стоило это все копейки, и потому каждый мог к Эдику зайти и купить себе любой садовый инструмент и целое море цветов…
Пашке Мячикову снился самый интересный и этнографически изящный сон. В этом сне Пашка степенно шел по золотому полю пшеницы, трогая тяжелые колосья натруженными руками. А на пригорочке посреди этого поля стояли его маманя и Элеонорка, обе в пестрых сарафанах, в платках и в новых сапожках. Элеонорка протягивала