Рутина стр. 416
– Мне кажется, я пришел сюда за вашим комплиментом. Большое спасибо.
Врач усмехается. Приятно, как в детском саду.
– Ладно, иди. Думаю, скоро выпишут. А ты ходишь на рисование и музыку? Вообще как время тут проводишь?
– Да пока только на трудотерапию.
– Понятно.
Врач резко забыл обо мне. Но я запомню этот комплимент, лучший в моей жизни. Ассистент врача выводит меня. Идем коридорами по разным этажам, мимо разных отделений. Много людей в пижамах. Это все люди с интересными лицами, странные, особенные, у каждого есть мозг, целый непостижимый мир, впихнутый в маленькую черепную коробку. Собираюсь идти читать в палату, но дежурная говорит:
– К тебе пришли.
В комнате посещений Костя, а с ним Оскар, наш бывший гитарист и мой друг. Обнимаюсь с ними. Спрашиваю, как дела.
Костя какой-то растерянный.
– Че, – говорю я, – шары пустые? Работу нашел?
Оскар смеется.
– Ага, такой отец в больничной пижаме. В дурке сидит и учит сынка.
– Сынок пошел по наклонной, да!
– Нормально все у меня, – отвечает Костя. – Я составил резюме. Уже отослал даже.
– Великое резюме? Это его надо было в дурку положить, – не унимаюсь я. – Знаешь, как он мне сценарий написал? Взял у меня двадцать ка авансом и забыл о своем обещании. Тридцать пять лет пацану.
– Ладно, ладно, – говорит Оскар. – Он тебе принес гостинцы, не гневись, батек.
Они достают мне книги и сигареты. Наконец прочитаю «Дзен и искусство ухода за мотоциклом».
– Это книга про тебя, – говорит Костя. – Я же тебе вернул деньги?
– Да вроде вернул. Но я не про то говорю.
Здесь, в Кащенко, я начал курить. Отсыпаю себе пять сиг в карман пижамы. Остальные отдам санитарке. Буду получать по регламенту.
Взял себя в руки и отодвинулся от Юланы. Она уже была почти голая, вернее, нижняя ее часть, – обнажена и готова к сексу.
– Никаких больше прикосновений, – сказал я.
– Почему?
Она была возбуждена до дрожи. Я сел в кресло.
– Дрочи, – сказал я.
Юлана поудобнее села, зачем-то слегка причесалась обеими руками и взялась теребить пальцами свой клитор. Смотрела она при этом не отрываясь прямо на меня. В комнате свет был выключен, но коридорного освещения хватало, чтоб разглядеть блеск и выражение глаз.
– Сними футболку. Трогай соски.
Долго я не позволял себе раздеться. Просто смотрел. Прошла минута, две, три. Юлана забылась и начала постанывать.
– Иди ко мне, – сказала она.
– Нет. Нельзя.
– Почему?
– Потому что я так сказал. Никому нельзя меня трогать.
Не в силах сдерживаться, я встал, скинул джинсы и секунд за двадцать довел себя правой до оргазма. Сперма выстрелила в ее сторону, жирная
клякса упала у дивана, между ног Юланы. Я в подростковом отвращении к себе рухнул обратно в кресло.
Юлана спустилась на колени, погрузила указательный палец в белую лужицу, затем лизнула его. Подползла ко мне, но я отпихнул ее ногой.
– Спасибо большое, что приехала, – вел я себя грубо, но мой голос был мягок от смущения.
Я вышел на кухню, чтобы допить бухло. Присосался к бутылке портвейна. Потом зашел в туалет, оторвал туалетной бумаги, вернулся в комнату, вытер пол.
– У нас есть полчаса. Есть хочешь? – спросил я. – Потом придет Феликс.
Это была неправда, Феликс должен был приехать только с утра. Но я уже