С тобой товарищи стр. 33
обрывалась резкой чертой. Там на снегу зажигались и гасли, снова вспыхивали и мерцали разноцветные искры. Белый сквер был торжественен, тих и задумчив, как в новогоднюю ночь. И луна заливала всю землю и небо ярким холодным сиянием.
— Теперь никогда не захочешь остановиться, — сказал Костя. — Уж я знаю, Юлька, тебя!
— Тебе, наверно, больше не хочется быть ни учительницей, ни хирургом? — спросил Саша.
— Наоборот, очень хочется, — лукаво ответила девочка. — А как же Ботвинник: инженер и мировой чемпион!
Юлька смеялась. К ней вернулись веселость, уверенность и привычка командовать.
— Саша, думай о завтрашнем сборе. Вдруг возникнет новая мысль! Что-то будет? Что будет? До свидания. Бери
с собой Джека!
И она убежала по белой дорожке, и Костя ушел вслед за ней.
А Джек грустно поплелся за Сашей, недоумевая, должно быть, почему мальчик так молчалив.
Глава XIII. Крушение
Нет, не о сборе думал Саша, до поздней ночи ворочаясь с боку на бок в кровати и тяжко вздыхая. Утром впервые Джек его не разбудил. Положив морду на вытянутые лапы, Джек сладко всхрапывал, когда мальчик проснулся.
За окнами тьма, никаких признаков рассвета. Мальчик натянул на голову одеяло, стараясь снова заснуть, но перед глазами возник вчерашний турнир. Шум, крики, цветы, поздравительные речи, десятиклассники, обступившие Юльку, озадаченный Анатолий Лаврентьевич… Вот оно, торжество!
Саша не мог больше спать. Он сел на кровати. Джек, услышав, вскочил, потянулся, сладко зевнул и приветственно застучал хвостом об пол.
— Который час, как ты думаешь, Джек?
Саша зажег свет. Без четверти семь.
В коричневой, блестящей от лака раме на этажерке стоял вольтметр. Как он прочен, изящен, красив!
«Неужели я его сделал? Даже не верится! — разглядывая чудо-прибор, думал с гордостью Саша. — Неужели они не оценят?»
Оценят! Вся школа узнает — учителя и ребята!
«Прибор Емельянова! Вы видели прибор Емельянова? Слышали?!»
Вихров нарисует в газету Сашин портрет, Богатов напишет статью. Надежда Димитриевна скажет…
В это утро Саша ни о чем решительно не мог думать, кроме того, какая шумная слава, какие почести ждут его в школе.
Вчерашний Юлькин триумф вскружил Саше голову. Он хотел тоже триумфа, не меньше!
Он оделся и так усердно приглаживал свой непослушный зачес, который каждое утро топорщился дыбом, и так тщательно мылся и чистился, как будто собирался в Большой театр на «Лебединое озеро».
Время тянулось бессовестно медленно, минутная стрелка еле доползла до четверти восьмого.
Зимнее, спросонок туманное утро чуть тронуло рассветом краешек неба где-то там, за домами. Вот яснее проступила в небе гряда. Это дым из фабричной трубы, ветер несет его на восток. Вот откуда-то выплыло облачко и вдруг вспыхнуло неярким розовым светом.
Саша вышел из дому.
Слегка вьюжило. Сухо шурша, вилась под ногами позёмка. Облачко быстро погасло, белесая, плотная туча поднималась с востока и все шире и выше расползалась по небу.
Саша отвел Джека к Юльке, но не дождался Гладковых. Он спешил. Нетерпение, страх и надежда гнали его, не давали покоя. Он постоял на крыльце, пока открылись школьные двери.
— Ранний нынче какой! — сказала тетя Дуся, уборщица.
Мальчик юркнул мимо нее в раздевалку. Там он знал одно потайное место позади шкафчика, в котором хранились чернила, куски мела и другая школьная утварь, — вполне надежный уголок.
Саша сдвинул