С тобой все ясно стр. 47
квадратиках и стрелках.
- А тогда, в сорок втором, они хлеб, наверное, по карточкам получали? - вслух подумал я, отрывая себе горбушку.
- Какие карточки в оккупации! Голодали, как все, - ответил Андрей, всматриваясь в схему. - Нам вот сюда надо, видите...
Боря подержал на ладони оставшийся ломоть хлеба и честно разделил его на три равные части. Билеты на обратный путь съели последние рубли, а мелочь могла еще понадобиться.
Там и было-то километра три, но мы добирались больше часа.
На окраине ветер бесновался еще пуще. Мы почувствовали, что одеты легко, по-южному. Я уже подумал, не вернуться ли нам, но Андрей
крикнул, хватая нас за руки:
- Такая пурга была и в январе сорок третьего, когда их тут казнили!
И мы пошли дальше, пробиваясь через сугробы. Тяжело было, как в тот день, когда впервые разгружали полувагон песка и "зачищали габарит". Но мы упрямо продвигались вперед. Вдруг ветер стал стихать. В белой кутерьме снежинок возникла горбатая спина высокого террикона, у подножия которого мы вскоре обнаружили закрытый стальными прутьями пятидесятиметровый колодец - шурф шахты ј 5. Рассказывают, что из этой бездонной могилы три дня и три ночи неслись стоны. Чтобы скрыть следы преступления, фашисты бросали в провал камни, гранаты, спустили вагонетку...
На край шурфа мы положили свои комсомольские билеты.
- Я, Андреи Босов, вступая на священную краснодонскую землю, политую кровью "Молодой гвардии".
ТОРЖЕСТВЕННО КЛЯНУСЬ БЫТЬ ДОСТОЙНЫМ
ДЕЛА И ПАМЯТИ ПАВШИХ БОРЦОВ.
Я, Борис Матюшин, ТОРЖЕСТВЕННО КЛЯНУСЬ...
Я, Эдуард Градов, ТОРЖЕСТВЕННО КЛЯНУСЬ...
Когда мы возвращались из Краснодона, ребята спали в самолете. Очень утомились. А я думал: "И поездка наша счастье, и домой лететь счастье.
Какое оно разное! Вопли, восторг, шейк - одно. Пустота, когда зачищен "габарит" и нет сил пошевелиться, - другое.
И вот теперь совсем иное счастье - встреча с Краснодоном, когда мертвые стали живыми, совсем рядом с нами Олег, Ваня, Сережа, Люба, Уля, Володя...
Любочка пригласила нас на комитет. Мы рассказали о поездке. Не о себе, конечно, - о "Молодой гвардии".
- Еще мы просим комитет, - неожиданно сказал Андрей, - утвердить за нами комсомольские поручения.
Я хочу работать в редколлегии общешкольной стенгазеты. Градов вступает в вожатский отряд. Матюшин желает, чтобы его направили... Борис, я забыл, ты чего желаешь?
- Я? - Боря был настолько изумлен, что даже ресницами не хлопал. - Я еще не решил... Хотя можно попробовать... что-нибудь с гитарами...
Школьный эстрадный ансамбль, а?
- Вот-вот. Что-нибудь с гитарами, - подтверди, Андрей.
Никто не стал возражать.
- Поздравляю вас с новым вожатым! - звонко и радостно произнесла Любочка.
- Не надо нам больше вожатых! - тут же воскликнула девочка с первой парты, гневно тряхнув косичками. - Не надо, обойдемся! Они появляются, берут списки, все расспрашивают и пропадают...
- Этот не пропадет, - уверенно возразил Федя. - Забыла, как он спасал вас от наших снежков? (Честно говоря, я и сам не сразу вспомнил. Это ж было еще в начале зимы, после нашего Урока Снега!)
- Удивляюсь тебе, Антропкина. - Любочка пожала плечами. - Человек пришел к вам добровольцем,...
И потом, если председатель такой негостеприимный, то что же тогда отряд?
- Пусть