С тобой все ясно стр. 48
она за всех не выступает!
- Мы Эдика еще с первого снега знаем!
Вдруг Томка стала хохотать на весь класс. Не знаю, что ее рассмешило.
Последнее время с ней такое бывает. Смех без причины - признак Тамары Градовой.
- Тебе смешинка в рот попала? - участливо спросила Любочка и протянула ладошку. - А ну выплюнь, покажи хоть, какая она, смешинка?
Томка удивилась и замолкла.
- Давайте покажем вашему вожатому, - предложила Любочка, - как ему повезло. Он же попал в отряд талантливых людей. Так и Евгений Евгеньевич про вас говорит. Ну, согласны?
И в честь нашей встречи был дан концерт художественной самодеятельности! Школа-то готовится к смотру.
Еще мне пришла записка: "Эдик, а мы заведем в классе живой уголок? Света".
Это мне паспорт и за Володю Куликова. Я так решил еще тогда, в Краснодоне, стоя у Вечного огня.
На братской могиле в мраморе выбито его имя:
КУЛИКОВ В. Т. (1927-1943).Нина подробно о нем рассказывала. В музее я видел его листовки-плакаты.
Я все время старался представить себя на его месте.
Меня так поразила его незаконченная листовка, с одним-единственным словом, написанным красным карандашом: "ТОВАРИЩ!"
Володя - мой товарищ, мой сверстник. Правда, теперь я уже старше его.
Старше... Как странно. Но он не дожил до шестнадцати...
Разгром. Провал. Позор.
Я к ним шел - рассказать о Володе Куликове! Какое там! И рта не дали открыть. Бесились, выли и прыгали как сумасшедшие. Что за дети пошли? Мы такими не были.
Я написал мелом на доске: "Кому неинтересно, пусть уходит". На минуту притихли - и опять за свое.
Чтобы держать дисциплину, видно, мне пришлось бы ворваться в отряд с двумя кольтами приличного калибра (эта мрачная шутка принадлежит Андрею).
Или научиться погружать моих гавриков в состояние анабиоза.
Разговора не получилось. Что мне оставалось? Отступить без паники.
Так я и сделал. Отсалютовал и медленно, с достоинством стал
удаляться.
Проводили меня, как должны были встретить, - гробовой тишиной. Так и должны провожать неудачников и бездарей. В последний путь.
Правда, одна девочка догнала меня в коридоре:
"Я Света. Эдик, мы в классе заведем живой уголок?"
- Любочка, ты меня прости... Но лучше сразу и честно: ничего у меня не получится.
- Что не получится?
- Все. С ними.
- А-а, теперь ты заговорил как я в начале года! - улыбнулась она.
- Я серьезно.
- И я. Не объясняй, уже все знаю. Перед тобой тут была целая делегация рыдающих дев: "Он к нам больше не вернется?" А чего ты, собственно, приходил?
- Хотел беседу провести...
- Замечательно. Только они знаешь как уже набеседовались за четыре школьных года! Не того они от тебя ждали, Эдушка. Ты в вожатском отряде новичок, а у нас есть Закон Игры, не слышал? Начал бы с игры - многих бы сразу увлек и увидел... У нас есть Закон Актива, не знаешь? Начал бы с актива, зачем тебе сразу весь отряд...
- Теперь уже поздно.
- Ты думаешь? А знаешь, с чем делегация приходила? "Мы кричали и бесились, - говорят, - потому что обрадовались ему. А он психанул и..."
Между прочим, Ваня Земнухов был пионервожатым.
И