Библиотека

Самая главная тайна стр. 238

Размер шрифта
-
+
Тема

что о нем здесь рассказано.

Мать Валентина Мельникова живет в одном маленьком городке на реке Каме. У нее все хорошо, все благополучно.

И только о Владеке я ничего не знаю. Надо будет спросить у Валентина Васильевича. Возможно, ему что-нибудь известно о судьбе этого недоверчивого парнишки. Во всяком случае я убежден, что ничего плохого с ним не случилось. Он вырос и несомненно стал хорошим человеком. Но об этом, повторяю, я, может быть, узнаю у майора Мельникова.

Теперь же мне остается поставить точку, сказав при этом, что Валентин Васильевич Мельников с полным правом может считать себя соавтором этого произведения.

Всего вам доброго, друзья!

1714116673_662b584134fb8.webp

Разрыв

Полковник Скорняк стоял возле кровати и в упор глядел на Вальку. Ноги у него были широко расставлены, руки он держал за спиной. Но не это испугало Вальку. Испугало недоброе, почти жестокое выражение лица Скорняка. Валька был поражен.

— Дементий Александрович... — прошептал он.

«Может, я сплю?» — мелькнуло у него.

Однажды вот так же спросонья он увидел над собой историка Трембача. Но директор музея тогда улыбался, сверкая золотом зубов. Он говорил какие-то дружелюбные и даже ласковые слова. А Дементий Александрович угрюмо молчал. Взгляд его был суров, беспощаден. Так глядят на преступников.

Валька не выдержал и вскрикнул:

— Мама!..

И тотчас же распахнулась дверь и мать вбежала в комнату. Валька понял, что она стояла по ту сторону двери, ждала.

— В чем дело? Дёма... что такое?

Скорняк повернул к ней голову и резко произнес:

— Не мешай, Софья. Выйди.

— Но, Дёма...

— Выйди вон! — перебил ее Скорняк, и Валька не узнал голоса полковника: таким грубым и злым он стал.

— Пожалуйста, — мать умоляюще взглянула на Скорняка. — Но я прошу...

Она пожала плечами, испуганно взглянула на Вальку и, как слепая, пошарив руками по двери, беззвучно вышла.

— Вставай! — повернувшись к Вальке, коротко сказал полковник. Это был приказ.

Валька сжался под простыней, но делать было нечего, приходилось подчиняться. Он медленно отодвинул простыню и, не подымая глаз, свесил с кровати ноги.

— Гляди на меня!

Валька невольно повиновался.

И тогда Скорняк высвободил из-за спины руки и поднял их над головой. В каждой руке было зажато по тетрадке.

— Что это такое? — спросил полковник.

«Мой дневник!» — догадался Валька.

— Как все это расценивать? — продолжал Скорняк, потрясая тетрадками.

Открылся обман! Так вон в чем дело! Полковник разыскал и прочитал Валькин дневник! Щеки у Вальки стали заливаться краской, побагровели.

— Разрешите мне одеться, — чуть слышно прошептал он.

— Значит, ты мне лгал? — холодно спросил полковник.

Валька потянулся за брюками, стал просовывать в штанины ноги.

— Кто тебя научил вранью?

Валька надел брюки, дрожащей рукой снял со спинки стула рубашку.

— Кто, я спрашиваю, тебя научил лгать? Не мать, я надеюсь? Твои новые друзья? Прекрати копаться в одежде, негодяй! Отвечай.

Валька изумленно вскинул голову. Он не ожидал, что полковник обзовет его таким грубым словом.

— Что... вы... сказали? — с трудом выговорил он.

— Ты негодяй! — громче повторил Скорняк.

Услыхав этот выкрик, мать снова вбежала в комнату.

— Дёма!.. Я прошу тебя, Дёма!..

У

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.