Самый черный день стр. 470
реальность по мордам надает, большая часть превращается в крыс. Там магазин грабануть, тут рюкзак отобрать. Так что, вы не обижайтесь на того бомжа. Он давно уже привык, что весь мир идет на него войной, вот и выживает, как может. Это сейчас для вас все дико, а через какое-то время сами такими будете.
— Не будем! — воскликнул Данил.
— Нуу… не зарекайся. Вот скажи, мечтал об апокалипсисе, а?
— Ну, мечтал, — нехотя признался Данил.
— Вот! Апокалипсис заказывали? Получите и распишитесь. И не нойте теперь.
— Как-то вы странно рассуждаете, — заметил Санька. — Вам самому не жалко людей?
— Жалко, — кивнул Анатолий. — А рассуждаю так, потому что реалист. А точнее, фаталист. И еще верю в высшую справедливость и материализацию мыслей. Что мы, кстати, и наблюдаем сейчас. Многие хотели конца света, вот он и материализовался. Расхлебывайте теперь.
Подростки подавленно замолчали, пытаясь осмыслить услышанное, а Анатолий, сдвинув брови, упорно вел машину по пустым улочкам.
Окраинная дорога давно вывела из погибшего города, и дальше потянулись поселки, расположившиеся вдоль трассы на Новочеркасск. Периодически стали попадаться и люди. Кто-то сгрудился вокруг автомобилей, у которых, очевидно, закончился бензин, а кто-то понуро брел вдоль дороги, нагруженный кое-каким, второпях захваченным скарбом. И те, и другие провожали проезжающий автомобиль потухшими взглядами, не пытаясь его остановить.
На пустой трассе Анатолий прибавил скорость, и вскоре они подъехали к Реконструктору. На въезде в поселок им попалось столпотворение автомашин, вокруг которых собралось много беженцев. Скользнув по ним равнодушным взглядом, Анатолий повел машину дальше.
— Тут же люди! — тотчас воскликнул Данил.
— Что-то ты тех, которые на трассе застряли без особого энтузиазма встречал. Или тех, что пешком пилял. Не хотелось к ним?
— Так там просто беженцы, а тут, наверное, и власть есть.
— Думаю, есть, — кивнул Анатолий. — Только что может руководство поселка с наплывом беженцев сделать?
— Ну, накормить, — неуверенно протянул Данил.
— Сомневаюсь, что у них тут столько еды найдется. Насколько мне подсказывает чуйка, а ей я доверяю, надо двигать дальше.
Не зная, что возразить в ответ, Данил отвернулся к Саньке, но тот за все время пути не произнес ни слова, погруженный в мрачные мысли. Видя, что товарищ никак на него не реагирует, он и сам задумался о родных. Ведь если это война, и такое произошло с Ростовом, то что творится в Москве, столице страны? Страшно даже представить, что с его родителями. В памяти всплыла картина с проспекта Стачек: мертвый Санькин отец… Подавив вновь услужливо подкатившую тошноту, постарался сменить ход мыслей. Хотя о чем можно было думать в такой ситуации, он не представлял, поэтому брякнул первое, что пришло в голову.
— А у вас воды нет?
Анатолий сунул руку под сидение, выудил полторашку с водой, и молча отдал Данилу.
— Спасибо. Ты будешь? — обернулся он к Саньке. Тот согласно кивнул.
— Почему вы хромаете? — продолжал Данил беседу на отвлеченные темы.
— Ногу ломал несколько раз, — ответил Анатолий.
Дорога, уходившая к Новочеркасску, змеилась меж холмами, с которых открывались потрясающие виды бескрайних просторов Ростовской области. Справа, далеко в степи, виднелась повисшая пелена высоко взметнувшейся пыли, подразумевающая двигающийся практически параллельно федеральной трассе транспорт. В какой-то момент ее направление неуловимо изменилось, и теперь казалось, что мутное облако приближается. С вершины одного из холмов вдруг